Вы когда-нибудь гадили в штаны? Я — пару дней назад, впервые в жизни. Только тогда на мне были не просто штаны, а герметичный ЗКОН 3-го класса. Так на нашем «платформенном» жаргоне зовется защитный костюм общего назначения. Или скафандр, для жалких земных ламеров вроде вас.
Эвакуационный отряд доставил эту штуковину примерно в 3 часа по Гринвичу. По всей видимости, это был гиперскоростной летательный аппарат внеземного происхождения. Двадцать метров в длину, тридцать в ширину, формой напоминающий каблук. Тускло-серого цвета, как в тех старых байках про НЛО, имевших хождение четверть века назад. Ни иллюминаторов, ни пассивных видовых окуляров — вообще никаких окон.
И никаких дверей.
Очевидно, это космическое каноэ пришло из мира, намного превосходящего по технологиям наш, Федеративный. Так как я был в отряде техником-вкрывателем, ОАК приказал мне оказать содействие в ангаре. Нет, не тогда я нагадил в штаны. Как и остальная команда, я был полон энтузиазма. Это была важнейшая находка в истории человечества, и мы являлись ее частью. Мы все прославимся. Наши имена будут храниться в анналах истории, пока будет живо человечество. А с успешной колонизацией пятидесяти семи планет, живо оно будет еще весьма долго.
Я вскрываю вещи, это моя работа. Вскрываю очень аккуратно. Вот почему ОАК послал в ангар меня, а не кого-то другого. Работать здесь не сахар, скажу я вам, но я привык. Если ОАК сказал, значит идешь и делаешь. Когда бойцы отряда притащили эту штуковину в ангар, мы просканировали ее и так, и сяк. Но не нашли ни одного шва, ни одного намека хоть на какой-то вход. Мы могли лишь резюмировать, что ее корпус был герметизирован, но бог знает, чем. Поэтому горячая резка была исключена. И еще одно: Химический анализ сообщил, что он был сделан из неизвестного неметаллического материала.
— Прожги уже в этой хрени дырку, — рявкнул старший сержант Юнг. — Или подорви пластидом.
— Да, да! — одобрительно загорланили остальные держиморды.
— Вы, парни, что, опять из трубы охлаждения налакались? Любой газ внутри этого аппарата может быть огнеопасным. Мы тут все к чертям разнесем, дуболомы.
— Тогда как мы его вскроем? — буркнул Юнг. — Мы
— Да, да! — загорланили остальные бойцы.
— Нам нельзя действовать наобум, — сказал я этим идиотам. — Мы ничего не знаем об этой штуке. Пойдем на пролом — уничтожим и ее. И себя. Самое разумное это запереть ее в одном из складских отсеков. И доставить на Землю после завершения миссии.
— Но это же еще три года! — взревел Юнг. — У нас тут гребаный
— У тебя прямо королевское красноречие, — заметил я. Тут, стоило мне озвучить свое возражение, как на моем головном дисплее появился ОАК.
— ИНЖЕНЕР ДЖОНСИН, ИДЕНТИФИКАЦИННЫЙ НОМЕР ДТ1163. ПОПРОБУЙТЕ ПРОНИКНУТЬ В ОБЪЕКТ.
— Да, да! — загорланил Юнг со своими дуболомами.
Приказ есть приказ. Вот так.
— Забирайте, парни, все необходимое. И покиньте ангар.
— Нет уж, — возразил Юнг. — Мы жопу рвали, тащили эту жестянку на борт. Так что будешь вскрывать при нас.
Я покачал головой.
— Это для вашей же безопасности. Вам нужно уйти, парни.
Шесть ухмыляющихся мордоворотов в ЗКОН-ах окружили меня.
— А ты нас
— Ну, как хотите, — сказал я, смекнув, что лучше с ними не спорить.
— Тогда помогите. Накройте эту штуковину противовзрывными одеялами. Никого не подпускайте к ангару. А еще принесите дрель и черное сверло на четверть дюйма…
Наверное, мне нужно немного откатить назад, да? Разложить все по полочкам? Я в том смысле, что понятия не имею, когда найдут эту запись. И весьма вероятно, что тот, кто ее найдет, ни черта не поймет.
Меня зовут Даг Джонсин, мне двадцать девять земных лет. Идентификационный номер: ДТ1163. Сегодня вторник 25 мая 2202 года. Я гражданский астро-энтомолог. Прикреплен к Академии галактических исследований Федеративного Мира. По ее заданию я изучаю и каталогизирую насекомых, а фактически — вскрываю их. Официально я называюсь техник-вскрыватель ФОС 95С20.
Звучит мудрено, но… По земным стандартам я — легковес. Средний балл успеваемости в колледже у меня был всего 3.89. На Земле при Академии мне хорошей работы не светило, поэтому я здесь, на этой лохани, которая называется «галактическая платформа для сбора и анализа информации, судовой номер СВ-ДСП-141». Четырнадцать человек экипажа: поисковый отряд из шести военных, один горилла-морпех, сочетающий функции охранника и санитара, двое гражданских, вроде меня, в техподразделении и пятеро дуболомов из авиакосмической корпорации, которые управляют платформой.
Ну, и я.
