Работа железных дорог, самолетов, автомобильного транспорта дальнего следования, междугородней телефонной и телеграфной связи как и прежде регулируется на всей территории СССР по единому времени. Им служит время столицы нашей Родины Москвы.
Впервые великое «брожение умов» из-за счета времени возникло в связи с завершением кругосветного плавания «Виктории» – единственной из пяти отправившихся в путь каравелл Фернана Магеллана.
В 1522 г., после трех лет скитаний, 18 уцелевших участников экспедиции Магеллана добираются до островов Зеленого Мыса. И здесь Антонио Пигафетта – прилежный летописец плавания – обнаруживает таинственную пропажу. Из года в год он и кормчий Альво независимо друг от друга вели на корабле счет дням. Возможность просчета была совершенно исключена. Однако на «Виктории» – среда, хотя на суше уже наступил четверг. Радость возвращения к родным берегам оборачивается для моряков неожиданным горем. Они «ошиблись» в счете дней и, следовательно, спутали все церковные праздники.
Едва моряки причалили к берегам Испании, как на борт поднялись неумолимые инквизиторы. Они потребовали отчета о путешествии, и правоверные католики были уличены в «преступлении».
Обогнув земной шар с востока на запад, спутники Магеллана «потеряли» ровно одни сутки. До конца жизни им предстоит замаливать этот страшный грех.
Есть у австрийского новеллиста Стефана Цвейга, автора известной серии исторических миниатюр «Звездные часы человечества», книга о Фернане Магеллане. «… Как ни кратковременно и опасно было пребывание у Зеленого Мыса, – пишет Цвейг в главе о возвращении „Виктории“ в Испанию, – однако именно там усердному летописцу Пигафетте удалось наконец пережить в последнюю минуту одно из тех чудес, ради которых он отправился в путь, ибо на Зеленом Мысе он первый наблюдает явление, новизна и знаменательность которого будет волновать и занимать внимание всего столетия… Эта вновь познанная истина – что в различных частях света время и час не совпадают – волнует гуманистов шестнадцатого века примерно так же, как наших современников – теория относительности… Так, в отличие от других, привезших на родину одни только вороха пряностей, Пигафетта, скромный рыцарь Родосского ордена, привез из долгого плавания ценнейшее из всего, что есть на свете, – новую истину!»
Непредвиденную находку в кругосветном путешествии «лишнего» дня использовал впоследствии Жюль Верн. Действие романа «Вокруг света в 80 дней» достигает максимального напряжения. Главный герой, оригинал из Реформ-клуба Филеас Фогг, эсквайр, возвращается в Лондон с опозданием на пять минут. Он уверен, что проиграл пари, и удрученный отправляется домой. Но он забыл, что ехал вокруг света с запада на восток, навстречу восходящему Солнцу. Каждый день он встречал восход Солнца на несколько минут раньше, чем если бы он оставался на месте, и в результате Фогг привез с собой субботу, хотя в Лондоне была еще пятница. Роман имеет счастливый конец.
Астрономы не только разделили Землю на часовые пояса, но и установили строгую линию перемены дат. Она проходит по Тихому океану в основном в пределах двенадцатого часового пояса, часть ее совпадает с государственной границей СССР в Беринговом проливе между мысом Уэлен и Аляской. Эта линия, конечно, условна. Но по решению Международной меридианной конференции 1884 года именно здесь начинается новый день. Только здесь и нигде больше на земном шаре можно, образно говоря, сделав один шаг, перебраться из сегодня во вчера.
– Но позвольте, – непременно с недоумением воскликнет в этом месте кто-нибудь из наших читателей, – современная ракетная техника как будто бы посягнула на открытие Пигафетты. Космонавт в космическом корабле на низкой околоземной орбите совершает полный оборот вокруг Земли примерно за 90 мин. Тем самым, двигаясь с запада на восток, он пересечет линию перемены дат, по крайней мере, 16 раз в сутки. По правилам счета времени при кругосветных путешествиях он обязан при этом каждый раз пропускать один день, или, другими словами, переходить из сегодняшнего дня в день вчерашний. Проделав это 16 раз в сутки, он отступит в прошлое на две с лишним недели. Всего за три месяца полета космонавт таким простым способом удалится в прошлое на четыре года!.. Кто бы мог подумать, что обыкновенный космический корабль можно так легко без всяких дополнительных затрат преобразить в чудесную «машину времени»!.. Здесь кроется какой-то парадокс, – обычный здравый смысл подсказывает, что такого явления наступать не должно.
