«Вдруг это подстава? – подумала Серафима. – Меня обманули, привели в эту процедурную, вот принесли еще кого-то и сейчас поставят какой-нибудь эксперимент? У меня и правда произошло размягчение мозгов».
– Что вы делаете? Кто это? Зачем сюда? – волновалась Ася, и она знала, почему волнуется, знала это и Сима, боявшаяся дышать.
– Тише, не кричи! Ты что тут делаешь? Тебя не должно здесь быть, – ответили ей.
– Я спрашиваю, кто этот человек? – Ася, наверное, поняла, что Серафима спряталась, и также знала где, потому что другого места просто не имелось, но она ее не выдавала, и это было уже хорошо.
– Бомжа нам без документов подбросили, должны были взять, – ответил ей мужской голос.
– Чего вы его в процедурку принесли? – не унималась Ася.
– А вот это уже не твоего ума дело. Уходи и скажешь, что не видела нас ночью, тебе же спокойнее будет. Иди в ординаторскую, поспи и про всё забудь.
– Слушайте, вы! Мне указывать не надо! Вы всего лишь санитары, а я дежурная медсестра! Что случится на моем дежурстве – отвечать мне! – прикрикнула Ася.
– Отвечать не тебе, а дежурному врачу, а он нам указание дал! Иди с ним и поговори, он мозги тебе вправит!
– Я из своего кабинета никуда не пойду! – заартачилась девушка.
– Хочешь знать, что происходит? Станешь соучастницей! Дмитрий Валерьевич сказал, что никаких бомжей мы бесплатно лечить не будем. Но если его доставили, надо избавиться, – сказал один из мужиков.
– Как избавиться? – оторопела Ася. – Вы что надумали? Сами с ума сошли?
– Суицид, – засмеялся один из мужиков.
– Очень хорошая легенда. Мужик пришел в себя, понял, в каком дерьме оказался, да еще был пьяный, а у нас в больнице ему никто и не нальет, и не даст никаких лекарств. У парня началась ломка, он не выдержал и вскрыл себе вены. Как тебе? Правдоподобно? Наш Дмитрий Валерьевич считает, что идеально. Да и копать никто особо не будет. А мы тоже так считаем, он нам платит, он наш хозяин, он наливает медицинский спирт, и он прав, – сообщил Асе один из санитаров.
В небольшом помещении процедурного кабинета воцарилась тяжелая пауза, затем Ася прошептала:
– Вы с ума сошли? Вы хотите убить человека? Какой такой суицид?
– Да какого человека?! Посмотри на него! Это бомж! Нашла ценную личность! Дармоед-алкоголик!
– Бомж – тоже человек! Он еще молодой! Его будут искать! Это же бесчеловечно!
– Его подобрали на помойке! Там люди, нужные хоть кому-либо, не оказываются. Да Дмитрию Валерьевичу всё равно. Он не собирается лечить бесплатно всякую шваль! Покончил жизнь самоубийством, значит, покончил! Шабаш! Труп в пакет и уже официально на свалку! Туда ему и дорога! А ты не порти отношения с нами. И будь внимательна, Ася, я не сказал, что ты потеряешь работу, но Дмитрий Валерьевич из-за тебя своим благополучием рисковать не будет. Место у Дмитрия здесь очень прикормленное, и ты, детка, сейчас сильно рискуешь. Поэтому сделай вид, что ничего не знаешь, иди спать и забудь всё как страшный сон.
Ася переминалась с ноги на ногу.
– Ребята, голову включите! Одно дело – вы тут пациентов на транквилизаторах держите, пока выколачиваете из их родственников деньги. Но ведь совсем другое дело – пойти на убийство! Пусть, с ваших слов, и бомжа! Вы хотите убить человека! Это ненормально! Это статья! Остановитесь!
– Я устал от тебя, Ася, – вдруг каким-то изменившимся голосом сказал санитар. – Или ты с нами, или против нас.
– Я с вами, хотя мне это и противно, – ответила Ася, сдавшись, да оно и понятно, угроза от этих ребят исходила реальная.
Серафима не знала, что ей делать. Но мозги у нее уже заработали со страшной силой. Она не желала становиться свидетельницей убийства. Только еще не понимала, как она может вмешаться в этот процесс.
Санитар, по всей видимости, выступающий за главного, выдержал паузу и произнес:
– Ладно, с нами так с нами. Но лучше у Дмитрия Валерьевича уточнить, не нравишься ты мне. Вопрос доверять тебе или нет он решать должен, как наш босс.
– Чего уточнять?! Этот очнется у вас скоро! – истерично воскликнула Ася.
– Да ему по башке долбанули, а сейчас Саня сильное снотворное вколол, не очнется. Ну да ладно! Не пойдем сейчас к Диме, порежем вены, и пусть кровью истекает, – согласился санитар.
Затем звякнули какие-то инструменты, и все ноги скучковались у кушетки Серафимы.
– Боже мой, – выдохнула Ася.
Сима увидела, как на светлый кафель закапала алая кровь. Она зажала рот руками, боясь выдать себя.
– Ну, всё. Полчаса – и нет бомжика, – сообщил санитар веселым голосом.
– Давайте не будем здесь стоять, хотя бы это… – сказала Ася.
– Чего так?
– Смотри, как фонтанирует кровь! Еще на нас капнет. И как потом будешь объяснять ее происхождение? Стояли и смотрели, как человек истекает кровью? Да и плохо мне! Пожалуйста! – сказала Ася.
От слова «фонтанирует» Серафима чуть сознание не потеряла.
– И то верно говорит. Пусть истечет кровью, а потом мы вернемся, вызовем полицию, поднимем переполох и отдадим бомжа в морг, – согласился один из санитаров.
– Уйдем минут на десять! – сказала Ася. – Покурим на улице.
– Да он быстрее кончится, – буркнул санитар.
