«Да что мне так везет на дорогие вещи!», – в сердцах мысленно простонал я. Цена на те неудобные мужские вещи колебалась от десяти серебряных монет до золотого, а тут сразу десять. Правда, взяв в руки куртку, понял настолько та мягкая и эластичная.
— А из чешуи дракона есть? — решил приколоться я.
Денег все равно нет, а продавец, как я понял, не прочь поболтать, тем более что я его единственный возможный покупатель. Да и проверить захотелось эту часть из земной фантастики.
— Ты бы еще спросил из альдорнской призрачной змеи, — он широко улыбнулся. — Или вообще их королевы.
— А у вас есть?
В ответ продавец захохотал. Причем, делал это настолько весело и заразительно, что я тоже невольно поддался этому чувству. Кое-как успокоившись, он спросил:
– А у тебя что, есть лишние полкоролевства? – и, видя появившееся на моем лице недоумение, добавил: — Один король предлагал половину своего королевства за ее кожу. Причем, хочу заметить сброшенную.
– А за корону? — улыбаясь, в шутку спросил я.
Все дело в том, что мне вспомнилась огромная змея, сбросившая с себя корону, которую я примерял на себя. Происходило это в мире Альдорн, поэтому вполне могло статься, что это она и есть. Вот только торговец осекся на полуслове, с его лица улыбка сошла на нет. Глаза распахнулись в изумлении, а затем сузились и он с каким-то непонятным чувством и интонацией очень тихо произнес:
– Только не говори мне, что…
– Воровка! – раздавшийся недалеко от нас крик перебил его. – Держите ее! Ловите!
Оглянувшись, я успел заметить, как рядом прошмыгнул кто-то и почти сразу же пробежали два вооруженных мужчины. Поскольку одеты они были не как стражники столицы, сделал вывод, что это охранники того, кого обворовали. Нашел взглядом беглянку, которой как раз в этот момент не повезло – кто-то то ли их покупателей, то ли из торговцев подставил ей подножку. И она покатилась по земле. Вскочив на ноги, попыталась снова удирать, но в этот момент ее настиг один из охранников, который сильным ударом ноги куда-то в область живота повалил ее на землю. Подоспевший его напарник вместо того, чтобы задержать ее и вернуть украденное, тоже принялся избивать девочку.
Да, я прекрасно рассмотрел детское лицо воровки. Она скрючилась, прикрыв лицо руками и прижав ноги к груди. А у меня что-то щелкнуло и я вспомнил аналогичный случай, произошедший со мной. Случилось это менее чем через два года после Вспышки. Отправился погулять и отошел достаточно далеко от нашей коммуны, а там орудовала какая-то банда заезжих. Я по детской наивности сделал им замечание, что это наша территория, вот они и принялись меня «учить уму», как сами выразились. Мне тогда удалось вскочить на ноги и убежать. Тогда же я в первый и последний раз видел дядю Мишу в ярости. Он пулей бросился в ту сторону. Что там было, я так и не узнал.
Вот сейчас на меня нахлынули эти воспоминания и бросился к девочке. С разгона толкнул одного мужчину на другого. Оба не ожидали ничего подобного и отскочили в сторону.
– Зачем вы ее избиваете? – крикнул я им.
– Она воровка, – раздалось из толпы, поддерживающей этих охранников.
– Так что, за это ее надо калечить или убивать? – я скосил взгляд, пытаясь найти говорившего, но не сумел. – Хотите наказать – поймайте и сдайте страже.
– С дороги щенок, – процедил сквозь зубы мужчина, которого я отпихнул.
Я сейчас находился между ним и лежащей на земле девчонкой. Вот он и попытался меня отпихнуть в сторону при помощи подзатыльника. Я присел и сделал полшага в сторону, что его рука пронеслась над моей головой.
– Так ты с ней заодно! – в ярости прокричал он и выбросил вперед руку со сжатым кулаком.
Признаюсь, я ожидал нечто подобное от этих охранников, которые позволяют себе избивать детей, пусть та и совершила нехороший поступок. Плавно уйдя влево, я правой рукой легким касанием контролировал его руку, а сам левой рукой нанес удар в нервный узел с внутренней стороны плеча. Делал это не так, как делает большинство людей, просто ударяя рукой. А так, как в свое время меня учил дядя Миша. Пустив волну по телу снизу вверх, я чуть привстал на носках, вкладывая в удар весь свой небольшой вес. К тому же добавил мыслеобраз, как учил меня заменивший отца человек.
