– Ну, видимо, я просто был самодостаточным и мне в жизни ни к чему были перегибы ни в сторону благотворительности и человеколюбия, ни в сторону злобы на весь мир. Зарабатывал много, помню, имел силу, влияние, признание, чего ещё желать?
– Ну в жизни же какая-то цель должна быть, идея…
– А зачем? Человек без общества ничто и все его высшие цели, жертвы, идеалы нужны для признания его обществом. Эти все его стремления достичь славы, успеха, мастерства – фикция. Лишь гипертрофированный животный инстинкт занять высшую ступень в иерархии.
– Вот тебя твоя философия и привела за баранку, а не в Рай, к нашему Господу!
– Ну, я бы на твоем месте так не радовался Раю. Тебя там ждут
не реки вина с голыми бабами, а жизнь от битвы до битвы с демонами.
– Это прекрасно! Путь воина по мне и провести вечность в праведной борьбе со злом почетно!
– Господи, мне даже жалко таких наивных, как ты.
– Что не так?! – Алекс вспыхнул. Видимо, его религиозность задевали слова какого-то бледного порождения мрака, чьё назначение – вечно быть обслуживающим персоналом.
– Ваше мочилово с демонами вечно и тысячи лет не приносит победы ни тем, ни другим. Единственная его цель – поддержание какого-то баланса сил на Земле. И всё. Никакой поэтичной войны добра со злом, никакой высшей цели, никакой тебе идеи, ты просто будешь винтиком, который обеспечивает работу механизма войны, – Алекс пытается что-то сказать, но не может вставить и слова в ледяную стену моей речи. – Правда, толку от этого знания ноль. Когда ты прибудешь в Рай, забудешь все, о чём я тебе говорил и начисто потеряешь здравый смысл. Вам, как и демонам, промоют мозги. Да так качественно, что больше всего на свете вы будете жаждать порвать друг другу глотки в Зоне Войны. У меня всё.
Алекс помрачнел и замолчал. Я явно сказал ему то, что не положено говорить пассажирам. Нам, Слугам Смерти, которые бывают и в Аду, и в Раю, и в Мире Живых, понимать подлинное устройства Мира Мёртвых намного проще.
– Так и должно быть? – он резко оживился, обеспокоенно показывая впереди.
– Нет, – я крепко стиснул руль и стал рыскать взглядом в поисках укрытия. Мы проехали достаточную часть долины, чтобы путь назад был отрезан. Уповать придётся только на ровную грозную скалу, что сбоку от нас подпирала облако своей высотой. Я резко рву к ней, машину трясет как самолёт в урагане, камни как из пулемёта стреляют из-под колёс. – Это совсем не нормально.
Всегда же было на два часа позже! Почему сегодня раньше?
Небо стремительно охватывает гнетущая чернота, облака рассекают ослепительные россыпи молний, под раскаты грома с мрачного озлобленного неба один за другим спускались смерчи. Они с легкостью отрывали от земли все валуны, что лежали на их пути, и с каждым камнем становились всё больше, всё быстрее. Некоторые камни словно снаряды вылетали из них и с грохотом пронзали землю совсем близко от нас.
– Поэтому это называют Долиной Бешеного Камня?! – вскрикнул Алекс, когда крупный валун так засадил в стекло с его стороны, что то покрылось паутинкой трещин.
– Если бы…
Вихри, ставшие серыми от камней, словно насытившись, рассеялись, оставив от себя нагромождения из валунов. Всего на секунду. Грохот, похожий на взрыв поднял глыбы вверх, и каждая каменная кучка стала собираться в громадную уродливую фигуру.
– АГХРРРРРРРРРР! – завопила гигантская статуя из камней, обрушив на нас дубину. Я резко газанул, уходя от удара, и разлетевшееся оружие вдарило по кузову кучей булыжников. Справа и слева из камней вырастали новые и новые монстры: с длинными шеями, рогатыми головами, панцирями и длинными зубастыми пастями. Словно закованные в доспехи динозавры с телом человека.
Вскоре они забыли о нас и начали швыряться скалами друг в друга. Вековой валун, размером с небольшой коттедж, влетел в грудь нашего обидчика, разложив его по камешкам. Другой гигант, что-то гортанно проорав, срубил метателю длинную шею точным ударом меча.
Камень вопил, и, собираясь в новых и новых монстров, крушил друг друга, чтобы рассыпаться… и собраться вновь! Он летел направо и налево, покрывая машину вмятинами, монстры, слепленные из него, становились все более свирепыми, всё отчаянней гремели они, разнося морды своих товарищей на куски.
Уже с трудом проезжаю под ногами многочисленных исполинов, прежде чем выхожу на ровный склон, ведущий в отверстие скалы.
– Мы переждём Каменную Бурю здесь, – сообщил я пассажиру, когда словно мышка юркнул в темноту. Позади гремела битва: под раскаты грома кошмарные гиганты собирались из камня снова и снова, чтобы разлететься на булыжники, но мы уже были в безопасности. За зрелищем теперь можно наблюдать как зрителю.
Что и делал пассажир.
Я же осматривал машину. Даже выходить из салона не нужно, чтобы понять как её покоцало: везде мелкие вмятины, царапины и трещины на стёклах. Если бы не магическая защита, то нас бы расплющило на первых секундах Бури. А если бы у меня были эмоции, то расплакался бы от того, как попортило внешний вид чёрного красавца. Ничего, в Городе Суда подлатают.
