— Хорошо, — сказал я, ухмыляясь. — Сегодня я приму участие в гонке, но не приходи потом ко мне плакаться, потому что твой брат не победил.
— Дима большой мальчик. Он может постоять за себя.
— Я не недооцениваю ни одного из вас. Но и меня лучше не недооценивать. Я Фальконе, победа у меня в крови.
— И высокомерие тоже?
Я улыбнулся.
— Думаю, что мы оба не испытываем недостатка в уверенности, когда речь заходит о гонках. А теперь давай прекратим болтовню и докажем, что мы не просто слова.
Динара встала на цыпочки, наклонилась еще ближе и приблизила губы к моему уху.
— Да, давай сделаем это, Адамо.
Она отступила назад и развернулась, уходя, давая мне идеальный взгляд на ее задницу в обтягивающих штанах. Я провел рукой по волосам. Она была горячей, но я предпочитал меньше проблем в своей сексуальной жизни. В прошлом переспать с девушками было хлопотно, поэтому я перестал реагировать на это. Работа и развлечения лучше держать порознь.
Я уже целую вечность не участвовал в гонках. Двадцать пять гонщиков расположились в лагере, и еще пять могли претендовать на участие через квалификационную гонку, но только водители с лучшими позициями в течение года оставались в лагере на следующий сезон. Я всегда был одним из лучших гонщиков, в течение многих лет, так что квалификация не была необходима. Тем не менее, я должен был признать, что испытывал головокружительное возбуждение от того, что снова стал частью заезда. Атмосфера была иной, меньше доминировали деньги и ставки, ощущался более свободный дух.
Я усмехнулся. Будет весело.
На лице Димы мелькнуло неодобрение. В последнее время он в хорошем настроении.
— Мы можем участвовать, — сказала я.
— Значит, мы получили официальное благословение клана Фальконе? — усмехнулся он по-русски.
— Не знаю, как насчет их благословения, но они не возражают против нашего участия в гонках. Вернее, Римо Фальконе не возражает, потому что именно он дергает за ниточки.
— Он заставит своего младшего брата следить за нами. Они должны подозревать, что за этим стоит нечто большее, чем просто игра в гонщиков.
— Конечно. Уверена, что Адамо сделает все возможное, чтобы вытянуть из меня информацию.
Дима посмотрел на меня, серые глаза превратились в щелочки.
— Не позволяй его обаянию ослабить твою броню.
Я расхохоталась.
— Какое обаяние? Только потому, что у тебя образ солнечного парня, не означает, что любой другой парень, способный улыбаться, является Казановой на охоте. — Дима даже не улыбнулся. Я толкнула его плечом. — Не волнуйся. Я могу постоять за себя.
— Я знаю, что можешь, но не стоит недооценивать Фальконе, даже самых молодых. Они не принимают это всерьез, если их разыгрывают, а мы на их территории. Григорий пошлет кавалерию, но с нашими это не пройдет гладко.
Я закатила глаза.
— Не вызывай призраков, Дима. Не будет никаких причин для кавалерии или других спасательных операций. — я поцеловала его в щеку. — И у меня есть ты, не так ли?
Он вздохнул.
— Просто будь осторожна. Ты знаешь, что сделает твой отец, если узнает об этом. Однажды он бросит меня в бочку с нефтью.
— Ты ему слишком нравишься. Он подарит тебе быструю смерть, — сказала я с кривой улыбкой.
Дима издал резкий смешок.
— Рад, что ты находишь это забавным.
— Все будет хорошо.
— В конце концов, тебе придется оставить прошлое в покое, Динара, или оно поглотит тебя.
— Оно уже наполовину поглотило меня. Единственный способ покончить с этим это найти правду. Мы оба знаем, что мой отец разборчив, когда рассказывал мне, о случившемся.
— Он хочет защитить тебя.
