Она кивнула. Я припарковался на полупустой стоянке борделя и заглушил мотор, но не сделал ни малейшего движения, чтобы выйти, потому что Динара тоже не двигалась. Она бросила осторожный взгляд на входную дверь заведения. Это была простая стальная дверь в кирпичном здании без окон.
Я сжал ее руку.
— Я здесь.
Динара решительно кивнула и открыла дверь. Я отпустил ее и вышел из машины, следуя за ней ко входу в бордель. Она замерла перед ним и повернулась ко мне, ее глаза светились безумством. Она потянулась к кобуре моего пистолета, но я остановил ее нежным прикосновением.
— Ты не можешь застрелить ее посреди бара. Если хочешь убить ее, тебе нужно сделать это где-нибудь в укромном месте.
Динара отдернула руку, на мгновение потерявшись.
— Ты дашь мне свой пистолет, когда он мне понадобится? У меня нет при себе никакого оружия.
— Ты умеешь стрелять?
— Дима научил меня.
— Ты сможешь взять мой пистолет,
Я все еще думал, что Динара выглядит слишком не в своей тарелке, чтобы принять такое монументальное решение так скоро после того, как ей вручили этот вариант на серебряном блюде.
— Это мое решение, — отрезала она, ее взгляд стал более сосредоточенным. — Мое прошлое, мое решение. Не пытайся остановить меня.
— Не буду, — пообещал я.
Она глубоко вздохнула, прежде чем войти в здание, а я за ней.
Воздух был густым от дыма, пролитого пива и пота, когда мы вошли в тускло освещенный бар борделя. За стойкой бара сидели двое мужчин, болтая со шлюхами, полдюжины кабинок были заняты. В некоторых из них шлюхи и их клиенты уже прошли мимо, болтая. В нашем лучшем заведении любые прикосновения ограничивались комнатами, но здесь все было немного открыто. Одна из шлюх терла толстяка через штаны, пока он лапал ее грудь и пускал слюни по всей шее.
Динара, казалось, ничего не заметила. Ее глаза осмотрели помещение, и я сделал то же самое, но не заметил никого, кто мог бы быть Иден.
— Пойдем к стойке бара, — сказал я.
Мужчины в баре жадно смотрели на Динару, но мой взгляд заставил их поспешно отвести глаза. Бармен, долговязый блондин лет двадцати, подошел к нам.
— Мистер Фальконе, — сказал он с благоговейным поклоном. — Что я могу для вас сделать?
— Две водки, и можешь сказать мне, где Иден.
— Она в задней комнате с клиентом. Хотите, я приведу ее к вам?
— Нет, — быстро ответила Динара.
Бармен вопросительно посмотрел на меня, и я кивнул.
— Мы дождёмся ее. Пусть она закончит свои дела. Но принеси нам напитки. Мы будем ждать в кабинке.
Положив руку на спину Динары, я повел ее к кабинке в углу. Мы устроились поудобнее, и через минуту официантка принесла нам напитки. Динара огляделась, лицо ее было суровым.
— Это отвратительное место.
— Бордели твоего отца лучше?
— Большинство из них нет. Но у него имеются еще несколько роскошных заведений. — Динара выпила водки и снова поставила стакан. Я придвинулся ближе, ища ее взгляд. — Спасибо, что ты рядом, — пробормотала она. — У тебя есть все основания не доверять мне или лезть не в свое дело, но вместо этого ты решил помочь мне, даже когда я веду себя как сука.
— Ты не сука. Ты упрямая и волевая.
Медленная улыбка расплылась на ее красивом лице, но быстро исчезла.
Ее взгляд метнулся в сторону бара, и я проследил за ее взглядом. Женщина и мужчина только что вошли в бар через заднюю дверь. Мужчина обнял ее за талию, и она наклонилась к нему, кокетливо улыбаясь. Ее волосы были окрашены в огненно рыжий цвет, а кожа загорела, но скулы были безошибочно узнаваемы.
Динара замерла.
— Это она.
Она казалась маленькой и испуганной, как та девочка на записи. Я провел большим пальцем по ее руке, надеясь придать ей сил. Я прищурился, глядя на ее мать, которая все еще была занята своим клиентом. Ненависть горела в моих жилах. Ненависть и жажда мести за Динару. Мне хотелось, чтобы она попросила меня расправиться с этой женщиной вместо нее. Я бы не колебался, — притворяться иначе было бы ебаной ложью. Я бы даже не испытывал угрызений совести по этому поводу.
Иден поцеловала своего клиента в последний раз, прежде чем он ушел, затем ее приятная улыбка исчезла, и она нахмурилась ему в спину, прежде чем повернуться к мужчинам в баре с соблазнительной улыбкой. Она нас не заметила.
— Я должна уйти, — выдавила Динара. — Сейчас.
Она вскочила на ноги, ее глаза были затравленными. Я встал, схватил ее за руку и как можно быстрее вывел на улицу. Я не был уверен, заметила ли нас Иден, а если и заметила, то узнала ли Динару?
Динара тяжело дышала, когда я усадил ее на пассажирское сиденье и присел перед ней на корточки. Я коснулся ее бедер.
— Эй. Посмотри на меня. Я здесь.
— Я знаю, — сказала она между вздохами, и постепенно ее дыхание успокоилось, а глаза сосредоточились на моем лице. — Но мне нужно защитить себя. Вместо этого я теряю это, будто я все еще маленькая девочка из прошлого. Я должна быть сильной, но я не сильная.
Отчаяние в ее голосе и глазах глубоко ранило меня.
