Мы остановились перед массивной каменной и оштукатуренной виллой Вителло в Балтиморе, где должна была состояться помолвка. Поскольку до свадьбы оставалось всего два дня, не было никаких логических причин для официальной помолвки, но логические решения не были сильной стороной семьи. Савио, Адамо и Фабиано остались в Лас-Вегасе, чтобы убедиться, что там все прошло гладко. Они прилетят только на свадьбу. Никто из нас не заботился о празднествах. Это не будет грандиозным событием, как свадьба Арии и Луки много лет назад. Наши младшие офицеры и капитаны останутся на своей территории. Римо не стал бы рисковать после нападения.
— Если они пригласили этого ублюдка Гроула, я выкрашу их стены в ярко-красный цвет его гребаной кровью и кровью любого ублюдка семьи, который встанет у меня на пути, — прорычал Римо.
— Его не пригласили, Римо. Лука не станет рисковать. Он знает, что вы с Гроулом вцепитесь друг в друга.
— А как насчет тебя? Ты бы, блядь, стоял и смотрел, как этот ублюдок скачет вокруг, когда он убил нашего отца, прежде чем мы смогли?
— Конечно, нет. Я бы разрезал его от уха до уха.
Как только мы вышли из арендованной машины, дверь дома открылась, и в дверях появились Феликс и Эгидия Риццо. Римо бросил на меня взгляд, скривив уголок рта.
— Похоже, кто-то следил из-за окна — пробормотал он, когда мы подошли к тете и дяде моей будущей жены. Помолвка не будет грандиозным праздником, только чтобы успокоить традиционалистов в семье, которые требовали официальной помолвки перед свадьбой, но Риццо были одеты в смокинг и длинное вечернее платье в любом случае.
— Я думаю, мы недостаточно одеты, — тихо сказал я. Я надел черную водолазку, черные брюки и черные туфли. Римо был одет точно так же, только без водолазки, которую сменил на черную рубашку.
Римо пожал плечами.
— Все в черном, — сказала миссис Риццо, подняв брови, когда я поцеловал ее руку.
— Какой странный выбор для такого случая.
— Это цвет выбора нашей профессии. Так кровь трудно смыть, — протянул Римо на своем лучшем Оксфордском английском, целуя ей руку. Это было почти единственное, чему он научился за время нашего пребывания в Англии. Конечно, он использовал его только для того, чтобы выбить людей из колеи.
Миссис Риццо отступила на шаг от Римо и выдернула руку. Я пожал руку мистеру Риццо, и он сжал ее сильнее, чем было необходимо. Я наклонил голову, глаза сузились. Если он попробует проделать это с Римо, черная рубашка докажет свою ценность.
— Для нас большая честь женить тебя на Киаре, — сказал он, отпуская мою руку.
— Пожалуйста, зовите меня Феликс, а это моя жена Эгидия.
Я бросил на Римо предостерегающий взгляд, прежде чем он пожал ему руку.
— Входите, — сказал Феликс, отступая назад. Мы с Римо последовали за ним. Это был большой старый дом с большим количеством темного дерева и коврами.
— Гости уже собрались в гостиной и патио, но вы с Киарой должны войти вместе, — сказал Феликс и повернулся к Римо.
— Может быть, вы присоединитесь к гостям? Моя жена проводит нас.
Эгидия натянуто улыбнулась и жестом пригласила Римо следовать за ней, но он не двинулся с места.
— Я думаю, что пока мы с братом останемся вместе.
Феликс моргнул, затем медленно кивнул.
— Очень хорошо. Пойдемте. Я выбрал библиотеку для вашей первой встречи. Это место, где Киара проводит большую часть своего времени.
Я приподнял бровь.
— Она любит читать?
Феликс колебался.
— Да, но она также очень красива и скромна. Идеальная жена, несмотря на свой интеллект.
Римо закатил глаза. Мы вошли в просторную комнату, заставленную темными деревянными книжными шкафами. На столике рядом с креслом лежала раскрытая книга. Феликс нахмурился, и я направился к нему.
— Она должна быть здесь.
— Возможно, она решила сбежать, — подсказал Римо.
— Она не стала бы, — быстро сказал Феликс, но я уловил намек на беспокойство на его лице и Римо тоже.
Я взял книгу. Речь шла об истории Лас-Вегаса. Мне было приятно, что она попыталась узнать историю моего родного города.
— Вот она, — громко сказал Феликс.
Я положил книгу на место и посмотрел на дверь.
Киара Витьелло была девушкой тонкокостной, ниже, чем я ожидал, почти хрупкой на вид, но ее бедра красиво изгибались под платьем, а грудь была больше среднего размера. На ней было светло-розовое платье, почти белое, но оно делало ее еще более хрупкой. Очевидно, чтобы подчеркнуть ее невинность, но я предпочел бы более смелые цвета. Ее темные глаза остановились на моем лице — не на моих глазах, хотя — ниже, возможно, на моем носу, и ее плечи слегка напряглись. Она не двинулась с места, почти застыв на месте. Ее ладонь прижалась к дверному косяку, и я понял, что она хочет успокоиться.
Римо посмотрел на меня, оценивая мою реакцию, что было бесполезным усилием с его стороны. Дядя жестом пригласил ее подойти поближе.
— Брось, Киара. Поприветствуй своего будущего мужа и деверя.
