Лицо Бурана искажает хищный оскал.
-- Мы их так отвлечем так, что от них и мокрого места не останется! -- рычит он.
Я одобрительно улыбаюсь и оглядываюсь. При виде одной из заведенных железных карет моя улыбка превращается в тот же оскал, что и у патриарха Зиминых.
-- Буран Казимирыч, -- я кивком указываю на рычащую карету, -- не покажете, как управлять этой махиной?
***
По возвращению Ледовикин рассказывает, что его, как сказали бы у нас, послали стигийскими степями.
Проезд закрыт для посторонних. С капитаном порта связи нет. Гербом Зимины могут подтереться. Причем последнее прямая цитата.
-- Совсем страх потеряли! -- в сердцах сплевывает Ледовикин. -- Какие будут приказы?
Буран, наблюдая за телодвижениями охраны порта, сухо бросает:
-- Ликвидировать. Пленных не брать.
Ледовикин тут же принимается отдавать по рации распоряжения.
-- У вас будет секунд пять-семь, не больше, -- предупреждает меня Буран.
Я высовываю руку из окна и хлопаю по массивной двери.
-- Уже и не знаю, нужно ли мне ваше прикрытие.
-- У них есть гранатометчик, -- качает головой Зимин. -- Хотя вы-то, может, и выживете.
-- Наверняка, -- отмахиваюсь я.
Буран пристально смотрит на меня. Видимо, пытается понять, шучу я или нет. Спросить напрямую хотя бы мой магический уровень не позволяет этикет местных магов. Не говоря уже о даре.
Наконец гвардия Зиминых собирается посередине дороги. Два десятка бойцов встают полукругом и выставляют ростовые пуленепробиваемые щиты. За их спинами встает второй ряд гвардейцев с автоматами наготове.
Охрана порта при виде этого начинает мельтешить. Прячется за собственными каретами и бетонными ограждениями, перекрывающими проезд. Нацеливают оружие на противников.
Повисает тишина. Мир будто замирает.
Когда возвращается Ледовикин, Буран спрашивает:
-- Как в старые добрые?
Ледовикин, поправив перевязь топоров на поясе, кивает.
-- Как в старые добрые, господин.
Они подходят к построению гвардейцев и вдвоем становятся третьим рядом. Я чувствую, как плетения маны, напоминающие кольчужные, покрывают их тела и большинство членов первого ряда.
Какое-то элементарное защитное заклинание. Как я и думал, бронежилеты далеко не первый уровень личной защиты.
Щитоносцы начинают движение, и охрана порта тотчас открывает огонь.
Звенит свинец, сверкают искры. Неподалеку от моей кареты гремят снайперские винтовки. Несколько бойцов гвардии осталось в тылу и под прикрытием бронированных махин отстреливают противников.
Несколько раз снайперы спасают штурмовой отряд от ручных гранат. Или что там пытались кинуть наемники. С такого расстояния толком не разобрать.
Среди охраны порта выделяется лишь один человек. Тот самый переговорщик с кинжалами на поясе. Он так и не обзавелся огнестрельным оружием. Более того, когда снайперы Зиминых ведут активный обстрел, мужчина без какого-либо стеснения стоит в полный рост, скрестив на груди руки.
В какой-то момент наемник с кинжалами странно дергает головой. Один из снайперов поминает его мамашу в пикантных подробностях.
Одним молниеносным, едва заметным движением владелец кинжалов уклонился от пули.
Не похоже на заклинание ускорения. Они оставляют остаточные следы от телодвижений. А раз это не заклинание ускорения, то и заклинания на улучшение восприятия и реакции этот человек не использовал. Одно без другого не имеет смысла. Вывод один.
Человек с кинжалами на самом деле не человек. И даже не орк, как некоторые его товарищи.
Зверолюд. Они не владеют магией в привычном для человеческих колдунов понимании. Но обладают врожденными силой, скоростью и реакцией, превосходящими человеческие на порядок. Кажется, Маришка, та блудливая вампирша, упоминала их среди тех, кто поселился в Российской империи.
Опасный противник. Даже интересно, что такому смогут противопоставить Буран с Ледовикиным.
Расстояние между штурмовым отрядом и охраной порта наконец сокращается до пятидесяти метров. В этот момент огонь открывают уже гвардейцы.
Один за другим несколько вражеских стрелков падают замертво. Остальные прячутся за укрытиями. С начала боя проходит почти минута, а со стороны Зиминых ни одной потери. Зато охрана порта проряжена человек на десять.
Но остается еще сорок.
Наконец в бой вступают патриарх Зиминых с главой гвардии.
От второго ряда штурмовиков они отстают метров на десять. Но сокращают это расстояние в мгновение ока. Заклинания ускорения оставляют от их тел знакомый дымчатый след.
Они одновременно срываются в прыжке.
Первым приземляется Ледовикин. Он свирепым берсерком врывается в толпу врагов.
Пули сминаются о его кожу, защищенной магическим доспехом.
Брошенную в него гранату он играюче перехватывает. Взрыв, огонь, осколки -- они вредят только самим наемникам.
Каждый взмах парных топоров Ледовикина оставляет ледяной росчерк.
Каждый такой росчерк рассекает тела простых охранников надвое.
Даже могучие полуорки не выдерживают больше двух ударов.
Всего за секунду глава гвардии Зиминых избавляется от пяти противников.
