Миссис Чалмерс помогла хозяйке застегнуть элегантное платье и уложила ее красивые каштановые локоны в высокую прическу. Единственным украшением было жемчужное ожерелье и жемчужные серьги, которые Реджина унаследовала от своей матери. Миссис Чалмерс улыбнулась, довольная результатом их трудов.
Реджина посмотрела в зеркало и нахмурилась. Она выглядела как женщина, которая хочет понравиться мужчине.
– Ты – красавица, – прошептала Люси, осторожно обнимая подругу. – Мистер Паркер глаз от тебя не сможет оторвать.
– Именно этого я и опасаюсь, – пробормотала себе под нос Реджина.
– Если не хочешь, чтобы он ухаживал за тобой, сними платье и напиши ему записку. Ричард отнесет. Напиши, что ты не можешь прийти, что разболелась голова.
– Ричард? – улыбнулась Реджина. – Я и не знала, что вы с мистером Фергюсоном зовете друг друга по имени.
– Не увиливай, – одернула ее Люси. – Ты собираешься ужинать с мистером Паркером или нет?
Продолжая смотреть на себя в зеркало, Реджина украсила прическу небольшим черным пером и улыбнулась подруге:
– Я буду ужинать с этим джентльменом.
– Тогда надевай туфли, – засмеялась Люси, показывая на ее ноги в чулках. – Сейчас принесу пальто. А то джентльмен уже заждался тебя.
Бисби зашел за девушкой и проводил ее через улицу к дому мистера Джонатана Бельмонта Паркера. Реджина считала это совершенно лишним, но со слугой спорить не стала. Свое мнение она выскажет его хозяину. Через несколько минут Реджина уже вошла в большой холл дома напротив. Она глубоко вздохнула, стараясь успокоиться.
В холле появился хозяин дома. Он одобрительно улыбнулся, разглядывая гостью. Взгляд его задержался на глубоком декольте вечернего платья.
– Вы сегодня очаровательны, – сказал Джонатан, подходя к Реджине и беря ее за руку. Он поднес руку к губам и поцеловал чуть выше запястья. – Спасибо, что пришли.
Джонатан повел Реджину не в большую столовую, как она ожидала, а мимо своего кабинета к двери, ведущей в небольшое помещение. В комнате стоял круглый стол, накрытый льняной скатертью цвета слоновой кости и сервированный для интимного ужина. Небольшой серебряный подсвечник в центре стола окружали белые и красные цветы. Свет свечей играл на золотых каемках лиможского фарфора и изысканном хрустале.
Интерьер комнаты производил такое же сильное впечатление, как и оформление стола: темно-красные обои на стенах, белые кружевные занавеси и золотисто-желтые бархатные портьеры на окнах. Две высокие китайские вазы стояли по обе стороны уютного диванчика со множеством мягких подушек. Камин был из белого итальянского мрамора.
Реджина подошла к каминной полке с целой коллекцией маленьких слоников из настоящей слоновой кости и тикового дерева. Она никогда не видела ничего подобного и протянула руку к фигуркам. Но, осознав, какую ценность они собой представляют, заколебалась.
– Не бойтесь, можете их потрогать, – сказал Джонатан, подходя к ней. – Вот этот мой любимый. – Он взял в руки самого большого слоника из тикового дерева. Праздничный головной убор слона и попона на его спине были окрашены в яркий желтый цвет. Маленькие бивни – из слоновой кости с золотыми полосками. Он протянул Реджине это редкое произведение искусства, и она увидела, что попона на слоне украшена настоящими изумрудами. Камни сверкали в свете камина, и искусно вырезанная фигурка слона казалась живой.
– Вы были в Индии?
– Раз, – ответил он. – Бивни этого слона из чистого золота. – Он показал на слона с хоботом, высоко поднятым над головой.
– Какой красивый!
– Вы красивы, – прошептал Джонатан, беря из ее рук слоника и возвращая его на каминную полку.
Его улыбка не придала уверенности Реджине. Она хотела подойти к столу, когда он преградил ей путь.
– Не бойтесь меня, – сказал Джонатан. – И не бойтесь себя.
– Я и не боюсь, – возразила Реджина, желая, чтобы вечер на этом закончился. Самое ужасное в том, что он прав. Она и хочет и не хочет его, любит и боится себе в этом признаться.
– Нет, вы боитесь. – Он посмотрел на нее с высоты своего роста, глаза его сверкали как драгоценные камни, украшавшие попоны его любимых слоников. – Вы боитесь выйти за меня замуж, потому что опасаетесь, что вам понравится быть моей женой и принадлежать мне.
Реджина гневно взглянула на него.
– Я боюсь, что сойду с ума, проведя всего несколько часов в вашем обществе, – резко ответила она. – Вы самый самоуверенный человек, какого мне только доводилось встречать.
Джонатан громко расхохотался и отошел к маленькому столику, где в серебряном ведерке со льдом стояло шампанское. Он открыл бутылку. Пробка вырвалась из нее с громким хлопком. Пока Джонатан наполнял шампанским бокалы, девушка разглядывала картину, висевшую над камином. Такую же экзотическую, как и миниатюрные фигурки слоников на каминной полке.
