Когда, насладившись, они вернулись с заоблачных высей на землю, Джонатан еще долго не выпускал Реджину из объятий.
Потом слегка отстранился и посмотрел на нее.
– Мне хотелось бы работать дома каждый день, но тогда я не закончу ни одного дела. Ты отвлекаешь меня.
– Это не я придумала закрыть дверь, – возразила Реджина, оправляя платье. – Я просто хотела поблагодарить тебя.
– И поблагодарила, – лукаво улыбнулся муж. – А теперь займись своим приемом. Пригласи как можно больше гостей. Если понадобится помощь, пошли за слугами из нашего дома в Нью-Йорке.
– Думаю, обойдусь здешними, – ответила Реджина. Вид у нее был усталый.
– Ты в порядке? – спросил Джонатан.
– Да, все хорошо, – успокоила его Реджина. Она знала, что слабость вызвана не только сексом, но и беременностью. Но Джонатану она об этом еще не сказала. Ей нужно было свыкнуться с этой мыслью.
Следующие две недели Реджина делила свое время между подготовкой к приему и слежкой. Каждый вечер Джонатан присоединялся к ней, и они по очереди смотрели в телескоп. Когда наступала очередь Реджины смотреть в телескоп, муж рассказывал ей об усовершенствованиях, которые проводит на фабрике, и новых сделках, над которыми работал.
– Уже поздно, а завтра у тебя прием, – сказал Джонатан, – пора возвращаться в дом.
– Еще минутку, – попросила Реджина, снова переводя телескоп на Стэнли Рэндольфа. Бывший управляющий фабрикой много времени проводил в пивной Маккинли. Ей этот человек никогда не нравился. В основном потому, что относился к работницам фабрики как к рабочему скоту. К счастью, Джонатан не допускал подобного обращения с женщинами.
– Что ты думаешь о Стэнли Рэндольфе?
– Ничего хорошего, – ответил Джонатан. – Именно поэтому он и не работает больше на моей фабрике. А что? По-твоему, он может оказаться убийцей?
– Трудно сказать, – ответила Реджина. – Конечно, он не сторонник женского движения. И добился увольнения Хейзл после того, как прочел ее статью, опубликованную в газете. Сказал мистеру Радерфорду, что от нее одни неприятности.
– Ну, это еще не значит, что он убийца.
– Кто же тогда? – Реджине надоело наблюдать за горожанами без всяких результатов.
– Уже поздно, ты устала, – сказал Джонатан, закрывая объектив телескопа.
– Я начинаю нервничать, – призналась Реджина. – Мы должны найти убийцу.
– Остановись, или ты собираешься стать приманкой для преступника?
Реджина поспорила бы с мужем, но ей нужно думать о ребенке, которого она ждет. По утрам ее тошнило. Джонатан вставал рано и не замечал ее плохого самочувствия. Но рано или поздно он узнает ее тайну.
Удивленный тем, что жена сразу согласилась уйти, Джонатан подозрительно посмотрел на нее. Обычно, чтобы увести Реджину с крыши, ему требовалось не меньше часа. Что-то явно не так.
Его подозрения не развеялись и тогда, когда они оказались в доме. Ему казалось, что Реджина затеяла что-то очень опасное. Только бы она не провоцировала убийцу, привлекая его внимание к себе.
– Я же обещала быть осторожной, – сказала она. – Перестань хмуриться и идем спать. У меня ноги замерзли.
Через час, когда он согрел ей не только ноги, они уснули.
На следующий вечер состоялся прием, имевший оглушительный успех. Под наблюдением Бисби дом был вымыт и начищен до основания. Люси и ее будущий муж засияли, когда в столовую внесли огромный торт. Джонатан стоял во главе стола с бокалом шампанского в руке. Он провозгласил тост и пожелал будущим новобрачным счастья.
Реджина сидела на другом конце стола. Ее радовало, что гости веселятся. Даже преподобный Хейс улыбался, правда, за обедом он выпил несколько бокалов вина. Эмили Фаулер сидела напротив Дэвида Куинлана. Молодой священник углубился в беседу с мэром. Другие гости обсуждали предстоящую свадьбу. Фрэнк Фаулер похвалил молодую хозяйку за выбор блюд. Казалось, он забыл о случившемся на городском собрании.
В ярко-синем платье, которое; как догадались собравшиеся, было привезено из Парижа, Реджина выглядела необычайно счастливой. Она надеялась, что Люси Чалмерс тоже будет счастлива в браке. Однако сейчас Реджине было необходимо покинуть душную комнату, чтобы не упасть в обморок. Она задыхалась в корсете, хотя и не зашнуровала его слишком туго. Через полчаса Джонатан пригласит мужчин в библиотеку, а она поведет женщин в гостиную. Реджина через силу улыбалась гостям, моля Бога послать ей силы.
Если она сейчас упадет в обморок, Джонатан бросится к ней, а доктор Рамли пойдет за своим саквояжем, который оставил в прихожей. И все узнают ее секрет.
Реджина мелкими глотками пила воду и уговаривала себя не быть дурой. Все равно придется рассказать мужу, что она в положении. Почему же она не сообщала ему эту новость? Может, думала, что его чувства к ней изменятся? Нет. Мужчина не полюбит жену только потому, что она носит его ребенка. Джонатан хотел иметь детей, но не собирался изменить свои чувства к ней. Тогда почему?
