В колхозе Дмитрий Данилович как бы уже и не числился — лесник Межколхозлеса. Механизатор — это добровольность. Невольно и осознавалось, что тебя могут и отстранить от поля своего. Это удручало. Он не мог не чувствовать себя пахарем — хозяином Данило-ва поля. Это его сотвоќрение, указанное ему Провидением во дление будущего устройства жизни. Такое не высказывалось вслух, но только чувствовалось и им вот, паќхарем, и Ста-риком Соколовым — Коммунистом во Христе, и художником их моховским, Андреем Се-меновичем.
Дмитрий Данилович заранее объехал поля, которые с Лестеньковым будут убирать. Каждый вечер выходил через свой овинник взглянуть на рожь за Моховым. Почва там легкая, впитывает влагу и тепло… Особенности моховских полей, их тайну, он, пожалуй, один теперь и знал. Вырождаќлся хлебороб, ведающий как ладить с каждым клином своей земли. Вот и страдай пашня, когда корежат ее, мнут тяжелым железом с равнодуќшием наемника. Старался поведать и своему напарнику, Лестенькову, эти тайны полей. Показать все в сравнении, за работой. Но не чувстќвовал встречного порыва. Может, по молодости парень не проникся еще осознанием долга перед землей и людом этой земли.
Рожь за Моховым вот-вот поспеет. И Дмитрий Данилович остерегался, выедут они туда с комбайном раньше дня на четыре и начнется дурогуд. Николай Петрович выхва-лится, что начали жатву, "сводку первым открыл". И поступит команда "равняться на пе-редовых". И выйдет, что они неќвольно навредили делу. Преждевременное начало жатвы на два-три дня — недобор с каждого гектара трех-пяти центнеров хлеба. И зерно не то. Кричат, когда потери из-за запоздалой уборки, но не хотят знать скоќлько недобора при недоспевшей ниве. Этого отец, дедушка Данило, так и не смог никому втолковать.
Решил переговорить с парторгом, учителем Климовым, и Александрой, чтобы по ним с Лестеньковым не равнялись. Ивану все объяснил, хотя он и сам все понимал. Но какая-то неизъяснимая демоническая сила влекла всех к неладу.
Вот и такие тревоги донимают и будоражат истового пахаря, когда бумагой здра-вый смысл и опыт мужика-крестьянина заменяются.
2
Дмитрий Данилович зашел в контору к председателю с одним делом, а вышел оза-боченный другим. Надо было ехать за новым комбайном. Только что позвонили из сель-хозтехники. И Николай Петрович высказал свою радость, что "выбил" вместо запасных частей целый комбайн. Это оказаќлось куда легче. Тут же и предложил этот комбайн им с Лестеньковым. Дмитрий Данилович задумался. С новым комбайном проваландаешься самое малое две недели, пока приведешь его в рабочее состояние. Да и потом — час работай, два стой, подкручивай, подвинчивай. Это уж известно. А старый у них отлажен и надежен.
Был разговор с Иваном. Но и он советовал взять "ниву" им с Лестеньковым. Иначе в ненадежных руках она весь сезон и проремонтируется. Было время, когда трактористы рвались к новой технике. Теперь ее опасались. Заработок — выезд в поле. А тут не работай, а "чинись" в мастерских.
Председатель как бы и высказал мысли Ивана и сетования тракториќстов-механизаторов:
— Чтобы комбайн включить в работу, он должен быть в руках мастера. Лес-то вот немного и подождет, а у поля свои сроки.
Вот и "улькнули" мечты твои и планы. Как ты выйдешь с новой "нивой" в поле через три дня. Раздумывать времени нет, надо немедля ехать на станцию. Следует еще в три конторы заскочить, документы оформить.
Вернулись вечером. Подъехали к конторе. Дмитрий Данилович на комќбайне ярко-оранжевого цвета (и то хорошо, что колеса крутились), а Лестеньков на "Беларуси" с жаткой и другими частями в тележке. Было заведено правило, что каждую новую машину; трактор, комбайн или друќгое что подгонять к конторе для огляда. Колхозники походят вокруг, поохают, пощупают. Начальство тоже озрит. Сейчас на разглядывание времени не оставалось. Но все же "Нива" постояла на лужке. Контора была уже на замке, магазин закрыт. Подбежала Настя Татьянина, кое-кто из мальчишек. Подошла и сама Татьяна, попеняла Дмитрию Даниловичу что давно не видела: "И не зайдешь, все в делах?.." Дмитрий Данилоќвич опечаленно сказал, что Анна плоха. И они постояли в сторонке молча. Толюшка следил за мальчишками, лазавшему по комбайну.
В мастерских горел свет. Колотин был там. И они, не дав ребятне догќлядеть, отвели комбайн за ограду. Завтра начнут осмотр, переиначивать, подтягивать, сваривать.
Вчетвером — механик Колотин со сварщиком, Дмитрий Данилович и Лестеньков три дня крутились возле нового комбайна.
Лестеньков выехал на старом комбайне на рожь, а Дмитрий Данилович пока "дочинивал" новую "Ниву".
Отвозить зерно вызвался Саша Жохов. "Не подведу", — заверил Дмитрия Даниловича. Ему хотелось этим загладить ночное происшествие. Кое-кто пронюхал как Саша за медком к Корню ходил. Но сам Дмитрий Данилович даже Ивану и Светлане о том не сказал. Поведал только Анне. Она и поќпросила его простить Сашу: "Добром-то и легче помочь человеку. Тоже ведь беда. В роду такое у Жоховых. Всякий с недоверием к ним…"