– Да, так оно и есть, это самая настоящая подземная крепость, рассчитанная на одновременное проживание нескольких десятков тысяч существ, – согласилась с выдвинутым предположением Марго и, помолчав несколько мгновений, добавила: – Видимо, этот бункер существует не один десяток лет, если не больше, но до последнего времени он был явно законсервирован, вот только последние события вынудили перевёртышей искать здесь спасения, эвакуация на метрополию ведь практически перекрыта. Возможность есть только для единичных эвакуаций, через плотный метеоритный поток крупные корабли не пройдут, только малые разведывательные корабли, да и то далеко не все.
– Не будем гадать, захватим этот бункер, а потому по мере возможности будем разбираться, у нас и без этого захваченных материалов столько набралось, что и не знаешь, за что в первую очередь хвататься, да ещё к тому же с метрополии противника всё новые и новые сведения поступают. Необходимо запускать ещё как минимум два живых суперкомпьютера, благо технологии нам теперь полностью известны, хотя думается мне, лучше уж сразу запустить все четыре компьютера, с запасом, так сказать. Хотя, конечно, на это потребуется что-то около полугода, но у нас хотя бы на это есть время в запасе, на большее, пожалуй что, и рассчитывать не стоит, – выдохнул полковник, с некоторой отрешённостью наблюдая, как дроны добрались до бункера и взялись за его детальное изучение. Он наблюдал, не переставая при этом напряжённо размышлять: ситуация медленно, но верно накалялась, что на Новом Санкт-Петербурге, что на Вашингтоне с Новым Лондоном, да и на Новом Берлине также было неспокойно. Что конкретно происходило, Бобёр достоверно не знал, его источники информации не витали столь высоко, а Корнелиус отделывался лишь освещением отдельных картинок, что не давало увидеть общую панораму происходящего. Корнелиусу он, конечно, доверял, но, несмотря на это, Бобёр его не без оснований подозревал в своей игре, и каковы были её цели, он примерно догадывался, оставалось лишь выяснить, он играл сам по себе или некто стоял за его спиной. Именно это необходимо было выяснить в первую очередь, прежде чем приступать к чему-то масштабному, слишком велики ставки, а право на ошибку вообще отсутствует как таковое…
– Наследник, скажи, а почему мы не оставили освобождённых пленников из биологической лаборатории, предпочтя их нахождение в криокамерах в грузовых трюмах? – неожиданно задала вопрос Марго, которого полковник никак услышать не ожидал. Помолчав несколько мгновений, Бобёр, всё так же продолжая наблюдать за действиями разведывательных дронов, нехотя ответил:
– Я не хочу рисковать, вот в чём дело. Да, мы заблокировали сигнал, но вдруг он пройдёт, и тогда противник в один момент прознает о Надежде, а это категорически неприемлемо. Выгрузим их на Бастионе, и там уже медики с ними продолжат заниматься. Даже если сигнал пройдёт, то в этом не будет ничего страшного, так как об этой планете противник и так хорошо осведомлён. Бастион ему взять не получилось, слишком крепкий орешек, а раз армада вторжения этого сделать не смогла, то остальные и подавно этого не потянут, больно кишка тонка.
– Значит, сразу после захвата этого бункера мы отправимся на Бастион, или у тебя на этот счёт есть свои какие-нибудь планы? – поинтересовалась Марго нейтральным тоном, в последнее время полковник всё реже и реже делился с искином своими задумками, предпочитая держать их при себе, и это было правило.
– Да, мы сразу полетим на Бастион, больше нам лететь некуда, не на Новый же Санкт-Петербург лететь, где происходит не пойми что, – буркнул Бобёр с плохо скрываемой злостью, но быстро взяв себя в руки, он, тяжело вздохнув, продолжил наблюдать за тем, как следом за разведывательными дронами в дело вступили инженерные машины. Марго больше не задавала вопросов, предпочтя помолчать, давая возможность наследнику самому решать, как ему поступать.
Бобер, прогнав из головы навязчивые мысли и полностью сосредоточившись на операции, держал всё под своим личным контролем, хотя этого на самом деле и не требовалось. Дроны прекрасно справлялись без участия человека, находясь под управлением искусственного интеллекта военного назначения. Так продолжалось несколько часов, пока инженерные дроны не проделали проходы, и внутрь гигантского бункера проникли десятки тысяч микроскопических дронов, и началось активное внедрение во все системы жизнеобеспечения и управления.
Внимательно вглядевшись в первые поступившие данные, полковник глубоко задумался. Объект оказался даже больше, нежели раньше показывали сканеры, причём на данный момент в бункере пребывало более двадцати тысяч подменышей, а это было очень много. Захватить объект не составляло особого труда, тем более две трети находились в криокамерах, вот только что делать потом? У него было два возможных варианта действий: разом уничтожить бункер или пока оставить под присмотром. Поразмышляв какое-то время, полковник, взвесив все «за» и «против», распорядился:
