Стас присел рядом, поднес кружку к моим губам и наклонил. Я выплюнула чай и закашлялась.
– Ты чего?
– Горячо!
– А, ну ладно. Подождем, пока остынет. – И поставил кружку на стол. Сам снова устроился в кресле, аккуратно подул и начал прихлебывать горячий чай маленькими глоточками. Я исподтишка наблюдала за ним.
Нервничает. Не сильно, но нервничает.
– Вот чего я еще не понимаю. Взрыв на заправке… такое точное совпадение. Поверить не могу, что ты не имеешь к этому отношения.
– Можешь не верить, но я правда ни при чем. – Лицо Стаса расплылось в самодовольной улыбке. – Даже место встречи выбирал Сашок. Чистая удача, наверху кто-то любит меня.
– Почему тогда я видела синий «Ниссан» у квартиры Степы?
Он хмыкнул:
– Не знаю. А ты уверена, что это был тот самый «Ниссан»? Номер запомнила?
Какое там «номер»! Даже насчет модификации не уверена. Вроде как та машина, что стояла у входа в подъезд, была на пару лет постарше, но я слишком недолго ее разглядывала, чтобы сказать наверняка.
Она была темно-синей, и у нее были тонированные стекла. Этого хватило, чтобы бежать со всех ног как можно дальше.
– А эти мужики в квартире Лаптева сегодня – кто они? Твои сообщники?
– Зачем мне сообщники? – удивился Стас. – Понятия не имею, кто они такие. Конкуренты, наверное. Сашок, когда на покупателя выходил, много старых контактов поднял, могли пойти слухи.
Стас говорил, обращаясь больше к себе, чем ко мне. Я еще во время прошлого нашего разговора обратила внимание, что он как будто забыл о моей неосведомленности. А может, ему просто все равно. Я теперь вне игры – сбитый летчик.
Черта с два! Я сдаваться не собираюсь! И любая информация может помочь…
– На покупателя? То есть он занимался продажей?
– Ну да. И, кстати, очень неплохо обустроил сделку. Полтора миллиона долларов – совсем не кисло.
– Полтора миллиона, по полмиллиона на человека… Кто согласится на полмиллиона, когда можно взять полтора. Так ведь, Стас?
– Я же говорю – все зло в мире из-за денег, – очаровательно улыбнулся убийца.
– Так что это было? Яйца Фаберже? Драгоценности? Золотой горшок Николая Второго?
– Картина, милая. Всего лишь картина.
– А при чем здесь ключ?
Стас поморщился с досадой:
– Это тоже Сашок придумал. Доступ к банковской ячейке будет только при предъявлении трех ключей. Подстраховался, мать его…
– И у тебя только один из них.
– Обижаешь. У меня два.
– Ну да. – Я снова вспомнила про вырванные ногти. – Степан…
– Даже стараться особо не пришлось. Достаточно было пообещать от ногтей перейти к яйцам, – цинично ухмыльнулся он. – Жаль, что не получилось вывести этих неудачников из игры еще в Костроме. Такая хорошая возможность вырисовывалась… Но мне нужен был Лаптев. Его контакты. – Стас мечтательно прикрыл глаза. – Зря я начал тот разговор. Из-за него Сашка и стал меня подозревать: арендовал ячейку, вызвонил тебя с пистолетом на встречу…
– Какой разговор?
– Пытался в Костроме уболтать Лаптева пристукнуть Степку и поделить гонорар на двоих. Не получилось…
– Оно и понятно! Я знаю Лаптева. Он разгильдяй, но не убийца.
– Перевелись нормальные мужики. Остались бабы и слюнтяи.
– А ты себя к нормальным причисляешь? – изумилась я.
– А как же! Я – настоящий джентльмен удачи. С врагами беспощаден, с дамами галантен.
– Вот где подлинное царство куртуазности. – Я демонстративно затрепыхалась, пытаясь высвободить руки.
– Эй, не дергайся! Я тебя предупреждал!
– А, ну да. С дамами галантен, говоришь? – ядовито спросила я.
– Какая ты все-таки язва, – поморщился Стас. – Сашке всегда стервы нравились. С дамами я галантен и нежен, поэтому они меня любят. А ты, дорогуша, давно уже враг, а не дама.
– Я враг?! Да я вообще тебе ничего не сделала!!!
– Ты угрожаешь моей будущей мирной и обеспеченной жизни, значит, враг. Врагов надо уничтожать. Но этим я займусь немного позже. А пока могу вспомнить, что ты дама, и побыть галантным.
Я замолчала, придавленная его эгоцентричной логикой. Какой неимоверный, незамутненный, детский эгоизм! Стас, несомненно, считал себя главной драгоценностью этого мира.
Он допил свой чай, пощупал вторую кружку.
– Чай остыл. Пить будешь?
– Буду.
Мой тюремщик снова присел. Аккуратно придерживая мою голову, поднес чашку. Его лицо было совсем близко. Была бы я Ганнибалом Лектором – впилась бы зубами в нос и откусила на фиг.
Он аккуратно, медленно поил меня, постепенно наклоняя чашку, но не пролить в подобной ситуации ни капли – искусство, которым я не владею. Чай все равно переливался по краям кружки, струйки текли по подбородку и капали на одежду.
– Эх ты, неряха, – почти что с нежностью сказал мой будущий убийца.
Достал салфетку и вытер чайные разводы у меня на подбородке. Боже, какая забота! Я должна плакать от благодарности?
Стас еще раз прошелся салфеткой по моему лицу, потом медленно погладил меня по щеке, провел кончиками пальцев по шее. Стало противно, но я сжала зубы и приказала себе терпеть. Он еще раз провел рукой по щеке, немного манерно вздохнул и вернулся в кресло.
