Глаза-океаны скользят по Вику и задерживаются на его переплетённых с моими пальцах. Стас тоже не скрывает, как ему не нравится эта ситуация и громко фыркает, кивком головы указывая на причину своего недовольства.
— Вы у нас теперь парочка — неразлучайка? — саркастично произносит, — ты от неё вообще отлепляешься?
— А зачем? Чтобы ты прилепился? — Вик спокойно улыбается, но на мои слабые попытки отдернуть и спрятать захваченную руку, только усиливает хватку. Я расцениваю это, как жест, кричащий: «молчать, женщина!» и решаю пойти на поводу у нового друга, потому что стоящая напротив блондинка влияет на меня слишком негативно. Если бы рядом не оказалось Воронцова, то я точно расплакась бы в голос, спряталась в спальне и прорыдала бы неделю напролет. Потому что прекрасно понимаю, чем занимаются парни наедине с такими девушками. Может, боль была бы меньше, если бы он подождал пару дней, после того, как отшил меня. Ну или хотя бы позвал к себе менее привлекательную девушку.
— Ты отвезешь меня, Стасик? — писклявым голоском блондинки можно пугать непослушных детишек. Они точно поверят, что этот писк принадлежит какому-нибудь сказочному страшиле.
Стас кивает, продолжая сверлить взглядом Вика:
— Если бы я только захотел… — бровь соседа взлетела вверх. Я мгновенно залилась краской, потому что поняла, на что он намекает. Хорошо, что Вик и без его намеков догадывается о моих чувствах к этому бесчувственному чурбану. Раньше я не могла назвать Стаса бесчувственным. Что-то в нём изменилось и это что-то превращает моего доброго и чуткого друга в злобного тролля, который провожая свою пассию, нападает на меня. Он прекрасно понимает, что обижает меня, но это его не останавливает.
Мысленно, я уже надела на голову соседа своё мусорное ведро, которое, кстати, по его вине, утром осталось дома совсем одно.
— Хватит стоять на пороге, Вик, идем. У нас планы. — говорю громче, чем следовало, потому что нервы на пределе. От меня не укрылось напряжение Вика, его гуляющие желваки и готовность начать драку. Поэтому отворачиваю парня от нежелательной компашки и начинаю возню с ключами. Злополучный замок открывается быстро, как по волшебству. Я мысленно кланяюсь пред ним и благодарю за доброе отношение.
Вик не сопротивляется и вваливается в квартиру, сверкнув белоснежной улыбкой в сторону Стаса и его подружки.
— Как ты могла полюбить такого урода? — стоило двери захлопнуться, актёрская игра Вика даёт трещину и он искренне недоумевает.
— Раньше он не был таким… черствым. — оправдываю любимого, и тут же понимаю, что сам Вик может оказаться ни чуть не лучше.
— Тогда пора и тебе обратить внимание на других, более достойных парней. — он демонстративно проводит руками вдоль всего тела и наигранно улыбается.
— По-моему, данный экземпляр, такой же б/у-шный, как и тот, что за дверью. — тяжело вздыхаю, намекая на наклонности обоих парней встречаться с толпами девушек.
— Они ушли! — отрываясь от дверного глазка, выпроваживаю Вика за дверь.
— Спасибо тебе! За… всё! — почему-то хочется обнять парня на прощание, но Я не решаюсь и стою как столб.
— Спокойной ночи, Ян. — Вик не лезет с объятиями и Я делаю вывод, что у него не возникло такого желания, потому что этот уверенный в себе человек делает то, что хочет.
Наблюдать за удаляющейся спиной не хочется, поэтому Я, наконец, отправляюсь в уютную гостиную и включаю телевизор.
Каждый день, вплоть до самой пятницы, мое утро начиналось со звонка в дверь. Лохматая и жутко недовольная я открывала, обнаруживая безупречно выглядящего Воронцова. Удивлялась его способности выглядеть в семь утра, будто вовсе не ложится спать, всю ночь прихорашиваясь, и бежала приводить в порядок себя, пока гость хозяйничал на кухне.
Сегодняшнее утро не стало исключением. Все началось с дверного звонка. Я, как обычно, открыла пропуская гостя внутрь квартиры, сама при этом старательно чистила зубы и не очень беспокоилась о внешнем виде. Пока не поняла, что вместо «распрекрасного» Вика на пороге стоит взлохмаченный и встревоженный Стас.
Замерла с щеткой в руке, не зная как реагировать на визит друга вообще и его внешний вид, в частности. Всегда аккуратно зачесанные светлые волосы, сейчас выглядели, как взрыв доширака. Руки парня крепко сцеплены между собой. Он переступает с ноги на ногу, не решаясь пройти дальше в квартиру.
Проходится своими океанами по моей скромной персоне и решительно скидывает обувь. Ни слова не промолвив, шагает на кухню, и я семеню следом.
Нарушить молчание сейчас сложновато с полным ртом зубной пасты, чему я несказанно рада, потому что могу оттянуть начало разговора. Не знаю, зачем он пришёл, но сердце подсказывает, что лёгкой и непринужденной беседы, как раньше не произойдет.
Оставляю соседа с чайником наедине и сбегаю в ванную. Внешний вид ни чем не лучше, чем у моего гостя: волосы ещё не причесаны, и кое-ка собраны на затылке, щеки измазаны пастой, зато глаза горят, как два фонарика.
Умывшись, пытаюсь хоть как-то уложить непослушную шевелюру, но понимаю, что смысла в этих движениях нет и собираю конский хвост.
