В ожидании ответа Вика, замерли все мои внутренности. Казалось, если парень поцелует её, мое сердце просто выпрыгнет из груди. Секунды тянулись бесконечно, пока, вдруг, парень не сжал мою ладошку ещё крепче. Сделал глубокий вдох и тихо, но уверенно произнес:
— Я посещаю психолога.
Алена фыркает, выражая недовольство, Вик не отрывая пристального взгляда от девушки, опрокидывет стакан, наполненный виски.
Все, без исключения, друзья Воронцова уставились на него, видимо, забыв о возможности моргать.
— Это многое объясняет. — Андрей разводит руками. Он легче других принимает обрушившуюся на всех информацию и следует примеру друга, осушая бокал с алкоголем.
— Продолжим?! — громкий звук стакана, приземлившегося на стол с подачи Вика, ставит точку в этой истории.
Следующей роль ведущей берёт на себя Арина, прежде чем начать, девушка бросает на меня робкий взгляд и я ободряюще киваю.
На удивление, Русалочка, отлично справляется со своей задачей. Каждый вопрос, заданный очередному игроку, вызывает взрыв смеха всей компании, даже надменная Алена хохочет, прикрывая рот ладонью, когда Арина спрашивает супермодных девушек о том, когда в последний раз они мочились в бассейн, почему они предпочитают противоположный пол, собственному, ковыряются ли они в носу, пока думают, что их никто не видит, и тому подобные глупости. Когда очередь доходит до меня, Арина набирает полную грудь воздуха и выпаливает:
— Как ты закадрила стольких красавчиков? — она искренне улыбается, видимо, считая, что делает мне комплимент таким образом, а я теряюсь и хочу залезть под стол.
Прочищаю горло, уже собираясь выбрать действие, но за меня внезапно отвечает Саша:
— О, это очень интересная тема. Я могу рассказать, как сам попался на эту удочку. — он подмигивает мне, и задерживает взгляд на ведущей. По реакции девушки, я сразу понимаю, что Саша ей нравится, потому что её обычно фарфоровое лицо приобретает оттенок спелого помидора.
— Вопрос ведь к Яне. — смущенно мямлит Русалочка.
— Я никого не…
— Это не ответ. Давай ей действие! — требует изрядно подвыпившая Алена. Я определенно не нравлюсь этой девушке и уже искренне жалею, что приняла её в своём доме.
— Окей. Тогда…. — Арина хмурит брови, видимо, пытаясь, придумать задание для меня. Тем временем, мой рот беспомощно открывается и закрывается в попытке ответить на вопрос и избежать роль шута.
— Ну, пусть будет поцелуй. Целуй того, кто тебе нравится в этой комнате. — я уже хочу сказать, что единственный человек, которого я готова поцеловать сейчас находится в другом месте, когда позади слышу до боли знакомый голос Стаса:
— Как я вовремя. Яночка, прости, чуть не опоздал. Дела. — мои внутренности будто покрываются тонкой коркой льда от того, как правдоподобно и нагло врет этот человек.
Смотрю в родные глаза-океаны и понимаю, что больше не испытываю того трепета перед ними, который заставлял тело дрожать, а сердце выпрыгивать из груди.
Киваю в знак прощения. Медленно поднимаюсь на ноги, и тяну за собой Вика.
Все глаза в этой комнате, а их, не много не мало, больше шести пар, сейчас устремлены на нас, но мне так плевать.
Я полностью растворяюсь в чёрных бездонных озерах напротив и всем существом тянусь к губам.
Воронцов, немешкаясь ни секунды, наклоняется ближе ко мне, и горячие мягкие губы накрывают мои. Тело прошибает электрическим разрядом, когда влажный язык проникает в рот и начинает ласкать мой, руки сами взлетают к мужскому затылку и зарываются в короткие волосы. Чувствую легкие прикосновения к своей шее сзади, и мурашки преследуют каждое движение Вика по моей коже. Вик пахнет так приятно, что голова кружится, как сумасшедшая.
Когда низ живота наполняет незнакомое тепло, а дыхание становится тяжелым и прерывистым, я начинаю крепче прижиматься к сильному телу, желая полностью в нём раствориться. Воронцов сам разрывает наш поцелуй, и я почти скулю от разочарования, потому что не испытывала таких мучительно сладких чувств.
Он все еще держит меня за талию и тяжело дышит, а я все еще не могу обрести равновесие. Не знаю, сколько мы смотрим друг на друга приходя в себя, но в какой-то момент, раздаются громкие хлопки и я осознаю, что все это происходило на вечеринке, в самом центре всеобщего внимания и нам кто-то аплодирует, но единственное, что мне хочется сделать сейчас — это продолжить наш поцелуй.
Вик выглядит так же ошарашенно, как я. Глаза широко раскрыты от удивления, грудь шумно вздымается. Он осматривает окружающих, останавливается на Стасе и, притягивая к себе, прячет мое лицо на своей широкой груди.
Только сейчас я понимаю, что Стас все еще здесь и что все видел.
— Какого хрена? Яна? — я не вижу лица, которое еще совсем недавно считала любимым, но знаю, что оно перекошено яростью и непониманием.
— Видимо, тебе здесь больше не рады. — Воронцов отвечает за меня. Голос звучит спокойно, теплая рука поглаживает плечо, успокаивая и меня.
Стас решает, что мой защитник не достоен его внимания и снова обращается ко мне:
— Яна! Объяснишь?
