Истории начинаются с малого. Заканчиваются же так, как заканчиваются. Эта история для одного из героев началась со случайности. С кучи проблем. Ненужных разборок и непонятных посылок. Закончилась же мафией, стрельбой и женским телом с внушительными и соблазнительными прелестями, крыльями за спиной и рожками на голове. Парень стал суккубой и участником странной игры. Другая же история началась со сбоя в системе. В игру вступил еще один участник, выбравший, казалось, противоположную сторону. Все ли так просто? Нет, конечно. Все очень просто. И вот теперь у них всего два вопроса. А игра ли это? И как из нее выбраться. Получат ли они ответы? Распутают ли клубок, где смешались интересы древних богов, колесо перерождений, старые сказания и новые проблемы? И самый главный вопрос – выживут ли?Содержит нецензурную брань.
Душа к душе. Душа к душе. Ряд за рядом. Ряд за рядом.
Кто-то сказал, что мне не достроить. Кто-то требовал меня остановить. Но ничего у них не вышло. А я – смог.
Душа к душе. Ряд за рядом. Лестница из-под земли прямо до небес.
Вы думали, я не смогу? Я?! Ха. Вот, последний камень души лег на вершину последней из пирамид, сеть которых раскидана по всему шару. И открылись врата. Мир теперь мой.
А вы… вы бойтесь Преисподней. Но помните – мы уже здесь.
Я уже здесь.
– Трактир "Меж двух миров", – задумчиво прочитал гость, рассматривая странное заведение, каким-то непонятным образом притулившееся в космопорту. Бревенчатое здание, вросшее в металлические плиты, смотрелось настолько аутентично, что даже не выглядела странной. Или это действовала странная аура уюта этого места? Пока сложно было сказать.
Гость зашел внутрь, касаясь полных тепла деревянного дверного полотна и тяжелой бронзовой ручки, и его глазу предстала еще более странная картина. Мягкий свет сотен свечей, рассеянный по залу, где в дальнему углу стояла простая бревенчатая стойка бара с огромным зеркалом, удваивавшим количество разнообразных напитков. И добрый трактирщик с седыми бородой и волосами и темными глазами, в которых далеко не сразу заметишь вертикальный росчерк зрачка, стоял за ней, протирая бокалы.
Казалось бы, отличное место. Вот только посетители… Кстати, а кто они?
Вот четырехрукие гости с Альфы Центавры, задумчиво потягивающие кроваво-красную смеси водки с томатным соком, щелкали на трехмерных изображения коммуникаторов многосуставчатыми пальцами. Или огромный златошкурый ящер, оперевшись шипастыми локтями на стол из поленьев, ожидал заказанную пиццу с трепангами, разглядывая зал золотистыми глазами о четырех зрачках. А рядом лежали бластер и силовой меч… И десятки других самых разных колоритных личностей от полупрозрачных эфемерных жителей ядер газовых гигантов типа Юпитера до помеси ластоногих с желатином обитателей венерианских кислотных океанов.
Всем здесь были рады.
Вот только…
– Будь как дома, путник! – спокойно говорит трактирщик своим чуть хриплых баритоном, указывая на свободный стол.
Гость задумался лишь на мгновение. А там, рядом с предложенным местом, обдавал первобытным жаром очаг, на вертеле крутилась какая-то неведомая дичь, и все это место… было слишком неправильным, что становилось даже хорошо.
– Когда все становиться слишком странным, на это уже перестаешь обращать внимание, – негромко сказал спутник вошедшего. – Это место, казалось, было тут всегда. Или его никогда не было. Не разберешь уже.
– А почему такое странное название?
– Говорят, – усмехнулся в ответ собеседник, поправляя широкую шляпу, – говорят, что здесь, в этом здании сходятся два мира. Мир настоящего и мир… вымысла. И эта дверь, – он указал на входную, через которую они только что вошли, – далеко не всегда открывается туда, откуда пришел. Часто она открывается туда, куда тебе действительно надо. Но…
– Что "но"?
– Я думаю, враки это все. Как проверить? – он пожал плечами, поправляя темные очки с алым отливом стекол на тонком аристократическом носу. – Думаю, никак. Впрочем, неважно. Эх… Где же полицейская эта?!
– Кто?
– Ну Церес.
– А-а-а-а-а… – задумчиво протянул гость, смотря на свои руки.
Он вдруг задумался, а что если действительно так? Что если открыв эту дверцу вновь, он выйдет туда, куда должен?..
– Будете заказывать? – раздался бархатный голос официантки. – У нас есть пища на любой вкус!
– Ты знаешь мои предпочтения, – кивнул в ответ женщине мужчина в шляпе, блеснув своей фирменной клыкастой улыбкой.
– Да, господин А, – она кивнула и улыбнулась полными темными губами. Гость же поднял на нее глаза и чуть-чуть вздрогнул. Она красива… была красива. Но серая кожа, белые, как снег волосы и совершенно неживые глаза, абсолютно лишенные даже намека на зрачки, – все это больше напоминало о чем-то мертвом, чем о живой и пышущей здоровьем женщине. Хотя пленительные изгибы тела под скромным платьем читались слишком хорошо. Официантка в ответ посмотрела на гостя. – А вы что предпочитаете?
– М-м-м-м-м… – пытаясь справиться с комом в горле, начал он в ответ. – А есть пироги с картошкой и мясом?
– Конечно. Вам на слоеном или сдобном тесте?
– Сдобном…
– Хорошо. Пить что будете?
– Вино.
Она записала все в блокнот, кивнула и ушла, покачивая бедрами, как шхуна на волнах кормой.
– Не засматривайся. С этой дамой даже я не рискнул бы флиртовать, – усмехнулся А, кивая в сторону ушедшей официантки. – Впрочем, как и никто из присутствующих. Да и тебе ли думать об этом? Ты же помнишь, что ищешь?
– Да…
– Вот и забудь обо всем другом. Передохнём и пойдём дальше.
– Ты хотел сказать, полетим?
– Да, точно, – снова усмехнулся он, доставая тонкую сигариллу из пачки. Аромат вишни и табака отправился в путешествие по залу, пока человек (хотя, человек ли?) раскуривал свой трофей. – Полетим, но сначала поедим.
