Теперь уже время сказать, что «Тройку» на слова П. А. Вяземского «Тройка мчится, тройка скачет» написал Павел Булахов. А «Тройка» на слова Чуевского и «Вот на пути село большое» с прекрасной музыкой на слова Анордиста – это песни Петра Булахова. Сложилось так, что именно эти две из его песен стали самыми популярными. Ему же – Петру Петровичу Булахову – принадлежат перефразированные народные песни «Во поле березонька стояла» и «Не белы снеги», которую в «Мертвых душах» поет Селифан – кучер Чичикова. Впрочем, существует предположение, что две последние – парафразы народных песен – принадлежат отцу, Петру Булахову-старшему.
Передо мной ноты: «Цыганская песня „Вот на пути село большое“. Аранжировал П. Булахов. Москва. В музыкальном магазине А. Миллера». Цензурное разрешение – 26 октября 1845 года.
Только пять лет прошло со времени выхода в свет альманаха Н. Анордиста, а песня уже широко известна в «аранжировке» П. Булахова. Очевидно «цыганская» здесь означает не жанр, а связывает песню с исполнителем из цыганского хора. Обозначение «цыганская песня, сочиненная П. Булаховым» лишало бы се специфических качеств, она воспринималась бы как подражание цыганской песне. Думаю, что в данном случае аранжирование равно сочинению.
Таинственный Н. Анордист начал свое стихотворение строкой «Гремит звонок, и тройка мчится». Другой безвестный поэт – Григорий Малышев начал свое почти так же: «Звенит звонок, и тройка мчится». На сходство этих начал первым обратил внимание тот же Иван Никанорович Розанов.
Анордист написал стихотворение грустное. Малышев пишет о мгновении радостном. Пятнадцать лет не был дома молодой воин, и неожиданно входит, неузнанный, в круг родных, и открывает себя. Называется стихотворение «Свидание через пятнадцать лет».
Книжечка стихотворений Малышева появилась в 1848 году. Профессиональным поэтом он не был. Солдатский сын, он сам служил в армии, а потом состоял регентом при петербургской Придворной певческой капелле.
Книжке стихов предпослано предисловие, из которого узнаем, что семи лет Малышев был разлучен с родными и отдан в «казенное заведение», а достигнув семнадцати лет, участвовал в турецкой войне, а позже – в Польской кампании. Очевидно в стихотворении рассказана судьба самого Малышева. Если он был оторван от семьи в семилетием возрасте, десять лет обучался, а потом участвовал в двух кампаниях, то прошло около пятнадцати лет, и родные в самом деле могли его не узнать. Можно допустить, что «Свидание через пятнадцать лет» писано под живым впечатлением встречи еще в 1830‑х годах. И что не Малышев у Анордиста, а Анордист у Малышева позаимствовал конструкцию первой строки, тем более, что сам Анордист заверил читателей, что его «Тройки» представляют «переделку» общеизвестных, другими словами, заключают в себе отголоски чужих сочинений.
Начав строкой «Звенит звонок, и тройка мчится» Малышев снова закончил стихотворение тройкой:
Кто же написал музыку на эти слова?
Думаю, что коль скоро Малышев служил регентом в Придворной капелле, то, наверное, сам сочинил и музыку. Песня отличная. Глубоко и совершенно по-новому «повернул» эту тему в одном из своих ранних стихотворений – 1846 года – Николай Алексеевич Некрасов. В его стихотворении «Тройка» не ямщик, погоняющий тройку, поет о своей любимой, – тут поэт говорит о судьбе девушки, сердце которой забилось при виде тройки, уносящей красавца-корнета:
Некрасовское стихотворение – это предсказание ее будущей трагической беспросветной судьбы.
Как гоголевская, так и эта – некрасовская – «тройка» связана с песенной традицией. Ее внутренний драматизм, глубина содержания, гражданский пафос вдохновили шестерых композиторов – Ольгу Бернард, сочинившую в 1852 году песню «Сельская красавица», Н. Ф. Вителаро, положившего стихотворение Некрасова на музыку (издана в 1856 году), А. И. Дюбюка (в 1857), Н. М. Леонтьева (в 1857), С. А. Зыбину (в 1858). Песню Н. Леонтьева пела Н. А. Обухова. На нотах этого сочинения значится: «Н. Леонтьев. Цыганская песня „Тройка“. Вновь аранжированная А. Дюбюком. 1857». Видимо, в 1850‑х годах эту «Тройку» пели создавшие ей успех цыганы из хора Ильи Соколова. Что же касается распространенной песни на эти слова, которую исполняла М. П. Максакова, – ее написал, очевидно, А. И. Дюбюк.
