Тяжелый топот ног послышался совсем близко. Две маленькие черные тени уже растворились в высоких елях. Хлынули слезы. Куда они идут? Куда убегают? Шаги нескольких пар ног послышались рядом, кто-то пробежал мимо меня. Куда мне идти? Тяжелая рука схватила меня за плечо. Я вдруг ощутила себя так, будто меня измазали испражнениями, и резко вырвалась. «Уберите руки!» – заорала я. Вы хуже всех. Вы, все, кто не умер и сохранил жизнь, кто жив сейчас, кто преодолел путь досюда, и все равно превращает жизнь вот в это – вы хуже, хуже всех! Если живешь, если выжил, сбежав от всех тех ужасов, – нельзя поступать вот так! Можно ведь обойтись без всего этого. Зачем вы все рушите? Зачем еще больше отравляете эту жизнь, каждый день которой мы и так проводим в страхе?
Падал снег.
Медленно светало.
В пустом доме на кухне я нашла ржавые ножницы и стригла ими ногти Тори. Словно сухие, тонкие веточки, они без сопротивления ломались даже от легкого прикосновения лезвий.
– Не больно? – спросила я, подсвечивая обломанные ногти фонариком.
Тори помотала головой и тихо, медленно произнесла:
– Немножко больно, но ничего. Потри их еще.
Отстригая ногти, я прижимала язык к кончикам ее пальцев, чтобы меньше болело.
– Завтра, когда будет светло, я тебе и волосы подстригу. Сделаю красивое каре.
От порыва ветра задребезжали окна. Пламя свечи колебалось, и наши темные тени на стене медленно танцевали.
– Ты знаешь такую песню? – спросила Тори и стала тихо напевать под нос.
Я слышала эту мелодию впервые. Спросила, как она называется.
– Что-то вроде «Ма ренди пур контенто»[2].
– Ма ренди пур……
– Контенто.
– Контенто. Что это значит?
Тори пожала плечами и рассказала, что слышала ее по радио прошлой весной.
– Она мне понравилась, и я записала название. Потом нашла ее и часто слушала. Все собиралась посмотреть, о чем слова, но постоянно откладывала. Надо было найти их, пока был Интернет. Теперь я уже никогда не узнаю.
– А чья это песня?
– Это итальянская ариетта. Я даже не знаю, о чем она, но постоянно вспоминаю. Миллион раз спела ее в голове, пока мы шли вдвоем с Мисо.
– И до сих пор поешь?
Тори кивнула. Мне всегда было интересно, что у нее на душе, когда она отсутствующим взглядом смотрит в пустоту. Выходит, в это время она напевала про себя одну и ту же иностранную мелодию. Я попробовала представить себе ее чувства – чувства Тори, которая на российской земле вспоминает итальянскую песню и думает о том, что теперь никогда не узнает, о чем она.
– Точно как с «Моя ты».
– Что?
– Не знаю, о чем она, но постоянно вспоминаю.
Тори улыбнулась. Она посмотрела мне в глаза и неуверенно спросила:
– Когда ты нас увидела…… Ты не удивилась?
– Когда впервые тебя увидела?
– Да.
– Удивилась.
– А казалось, что нет. Ты спокойно с нами заговорила. Подошла к нам, помнишь?
– Конечно, я удивилась. Это было слишком невероятно, поэтому я так себя и вела.
– Невероятно?
– Ну, да. Ты сидела там, как ненастоящая. Как будто кто-то тебя туда посадил. Я хотела убедиться, что мне не показалось. А ты даже не отвечала. И не улыбнулась.
– ……Я испугалась.
– Когда увидела меня?
– Да.
– Почему?
– Потому что ты человек.
– ……А в детстве можно было бояться только привидений.
– Мы и сейчас испугаемся, если появится привидение.
– Моя мама иногда их видела.
– А она говорила с ними?
– Нет. По ее словам, они исчезали, как только она понимала, что это.
– Может, они тоже боятся людей?
– В старшей школе у меня была подружка, которая очень хорошо пела. Она мало говорила, всех стеснялась и краснела, когда выступала перед людьми…… Но, когда начинала петь, она становилась другим человеком. Глядя на нее, я поняла, что значит прирожденный талант. Я думала, что еще услышу о ней, когда мы закончим школу. Думала, она станет певицей. Но…… она шла домой с подработки, когда какой-то незнакомый человек…… ну, это называют убийством без мотива.
Тори молчала.
– Нет мотива – что тут еще говорить. Нет причины. Человека убили, а причины нет – тогда я не понимала смысла этих слов, а теперь боюсь узнать, что движет такими людьми. А привидений всяких не боюсь.
– Чина, – Тори достала перочинный нож и протянула его мне. – Возьмешь себе?
– ……Зачем?
Она не ответила.
– Он твой. Ни в коем случае не теряй его, никому не давай и не разрешай отобрать. Кого бы ты ни встретила, всегда веди себя так же, как со мной, когда мы впервые увиделись.
– Вряд ли этим можно убить.
– ……Вот именно.
Повисла тишина.
– Не умирай.
Тори ничего не сказала.
– Что бы ни случилось, вместе мы все вытерпим.
– Но как – вместе?
– Если будем рядом, то у нас получится.
Мы смотрели друг другу в глаза и произносили эти слова, когда снаружи раздались выстрелы. Тори в слезах ринулась искать Мисо. Потом ее избили и заперли. Я сама пообещала, что мы будем вместе. Я первая сказала это. С того момента не прошло и дня.
