Мы с Наоми переглянулись, а затем я вышел на переднее крыльцо. Китч стоял на ступенях крыльца, указывая на двор. Луч фонарика высветил гору дохлых кроличьих тушек.
— Какого чёрта?! — воскликнула Наоми, вырвав у Китча фонарик из рук. Она осветила тушки кроликов. Сунув мне фонарь, Наоми кинулась обратно в дом.
— В чём дело? — спросил Мартинез, замерев на месте, когда увидел тушки.
Наоми вернулась, неся полдюжины фонариков и один прожектор. Слоан с Харбингером присоединились к нам. Наоми раздала фонарики всем членам команды. Включив их, мы направили лучи света в одном направлении.
— Это ещё что за хрень? — спросил Харбингер.
Зик с Уоттсом вышли наружу, перебрасываясь словами и смеясь, но замолкли, как только увидели представшую перед ними картину во дворе.
— Этого не было десять мнут назад, когда мы с Уоттсом выходили покурить, — заметил Зик. — Это что… чья-то больная шутка?
— Их было несколько. Один человек бы не управился за такое время, — сказала Наоми, направив луч прожектора на кроличьи тушки.
— Согласен, — поддержал её Харбингер.
Москитная дверь распахнулась и я обернулся, надеясь, что это не Дарби. Сенатор Беннет вышел с бутылочкой пива, замерев на крыльце.
— Это не…?
— Оно самое, — прорычал я.
Мы разглядывали кроличьи тушки, залитые светом шести сверхмощных фонариков и разложенные на жухлой траве в виде слова «МОЯ».
Я вернулся в дом Наоми с улыбкой на лице. Кэролайн и Дарби всё ещё о чём-то болтали, но тут же замолчали, подняв головы, когда москитная дверь захлопнулась за моей спиной. Дверь снова открылась и Наоми проскользнула мимо меня на кухню. Она тихо открыла шкафчик под раковиной и появилась из кухни с зелёно-оранжевой коробочкой в руке, направляясь обратно во двор.
— Всё хорошо? — спросила Дарби.
Кэролайн встала и наклонилась, пытаясь разглядеть что-то в окне.
— А где Джон?
Все остальные, согнувшись пополам, торопливо собирали крошечные кроличьи тушки во дворе. Я не хотел, чтобы Дарби видела тушки, ведь стоило ей их увидеть, как она тут же догадается, как догадался я, кто был автором послания. Ребята кидали кроликов в большие чёрные мешки для мусора, которые держала Наоми.
— Трекс? — раздался настойчивый голос Дарби.
— О, они, э-э-э… дурачатся. Наверное. Как ты себя чувствуешь?
— Лучше, — улыбнулась она.
Моё сердце сжалось. Я снова был неискренен с ней, но я не мог рассказать ей правду. Она была на третьем триместре, и лишний стресс, вызванный известием о том, что Шон с его приятелями только что побывали здесь, был очень некстати.
— Хорошо. Это замечательно, детка. Нам, наверное…
— О, — выдохнула Дарби, поднимаясь на ноги и пожимая руку Кэролайн. — Я так рада познакомиться с тобой.
— Взаимно, — отозвалась Кэролайн. — Сообщи мне, если захочешь как-нибудь пообедать у нас.
— Непременно. Счастливого Дня благодарения.
Я помог Дарби натянуть пальто, и как только Дарби попрощалась с Генри и Майлсом, мы прошли к выходу. Она обернулась на мальчишек.
— Какие же они воспитанные! Я весь вечер пыталась вытянуть из Кэролайн её хитрости воспитания.
— Она обожает болтать о своих детях, воспитании и тому подобном. Давно у неё, наверное, не было такого удачного вечера, — заметил я.
— Доброй ночи, Дарби, — кивнул сенатор Беннет, когда Дарби вышла на крыльцо.
— Благодарю, сенатор.
— Можешь звать меня Питер. Счастливого Дня благодарения и, на случай, если мы не увидимся в ближайшее время, счастливых праздников. Доброй ночи, Трекс.
— Доброй ночи, сэр, — ответил я, помогая Дарби спуститься с крыльца.
Пока мы шли к машине, мой отряд появился из-за дома. Мартинез, Харбингер, Китч и Слоан по очереди обняли Дарби, стараясь не заляпать её одежду своими окровавленными руками. Я был рад, что вокруг было темно.
— Было здорово повидаться с тобой. Уверена, мы снова увидимся очень скоро, — сказала Наоми, пряча руки за спиной.
— Спасибо за всё. Мне очень понравилось, — ответила ей Дарби с милым южным акцентом в голосе.
— Приезжай в любое время. Было бы круто видеть Трекса почаще.
— Спасибо, Номс, — ответил я, обнимая её на прощание.
— Пожалуйста.
Как только Дарби отвернулась, тёплые улыбки с их лиц как ветром сдуло. Я нагнулся, чтобы открыть бардачок, а затем помахал Наоми. Она с тревогой наблюдала за тем, как я выезжаю с подъездной дорожки. Мы с ней оба знали, что нам нужен план.
Дарби, похоже, не догадывалась о происходящем, весело болтая о Кэролайн и детях и радуясь тому, что теперь среди её знакомых есть другая мамочка. Дарби искренне радовалась знакомству с сенатором, и я был рад сказать ей правду — что они с Наоми знакомы с детства.
— Китч… похоже, у него выдался тяжёлый вечер. Вы поэтому все вышли во двор к нему?
— Праздники даются ему нелегко, — кивнул я. — Он весь день был подавлен.
— Должно быть, вы каждый год волнуетесь за него.
— Это так. Я рад, что в этом году нам удалось собраться вместе. Так легче присматривать за ним. Оставшуюся часть года он успешно притворяется, что они всё ещё живы, и мы не мешаем ему. Но на День благодарения и Рождество…он не может.
— Это так печально. Китч замечательный. Ты был знаком с его женой и детьми?
