– Лисса Шварц. Услуг не оказываю… А теперь, если вас не затруднит, покажите, где моя каюта. Я испытываю непреодолимое желание забиться в тёмное тихое место и сидеть там до самого отплытия. Только ради всего святого – поручите это некурящему. А то мне придётся сжечь вещи чтобы избавится от запаха вашего табака.
Озадаченно хмыкнув Капитан кивнул Марио чтобы тот проводил пассажирку и распорядился насчёт багажа.
– Милая фройляйн… – заметил наблюдавший за этим Старпом.
– Ага… Как смерть от дизентерии… – злобно пыхтя трубкой, Капитан учинил вокруг настоящую дымовую завесу. – Чё там, кстати, за радиограмма пришла?
– Помнишь тот медальон который Бардья с Обмылком нам на борт притащили?
– В сейфе который?
– Да. Им интересуются двое. Один – министр из Гюйона, который скорее всего и подослал нам месье «Сверчка», вторая – дама известная как «Миледи». Занимается торговлей оружием и любит коллекционировать артефакты ушедших цивилизаций. С кем будем иметь дело?
– Надо подумать… – Капитан сделал затяжку, – Хотя хуль тут думать-то..?
– Полностью согласен… – не дождался окончания мысли Старпом, – Работать с теми кто посылает убийц в наивной надежде что это просто недоразумение – глупо.
Так что Министр отпадает.
– Ну тогда у нас вариантов особых и нет… Про эту Миледи я всякого слыхал, но лично мне она пока ничё плохого не делала. Попробуем с ней договорится.
– Понял. Сейчас свяжусь и организую встречу.
– Валяй… Я пока пойду – проверю как корабль к отплытию готов. А то знаю я вас…
Сделка есть сделка
Пастухов, тяжело вздохнул. За окном во всю бушевало короткое, и от этого буйное залесское лето. Хотелось распахнуть окно и впустить в кабинет теплый ветер и запах сирени… Он же большой человек, в конце-концов. Кто ему что скажет?
Вон внизу, в соседнем корпусе где отдыхают дежурные, окно нараспашку и молоденький лейтенант, высунувшись из него по пояс, о чем-то улыбаясь беседует с такой же молодой поварихой из столовой которая, уперев в бок поднос накрытый чистым полотенцем, отмахивается и рдеет как мак на клумбе.
Снова вздохнув Никифор Александрович повернулся к майору Ковалю который заканчивал раскладывать на столе принесенные им данные.
– Сергей Захарович, а вы женаты?
– Я? Никак нет! – Майор слегка опешил от такого вопроса, – Не успел пока.
– Действительно… Тут не вздохнуть, не продохнуть – какая тут женитьба… Это я так… Разговор поддержать пока Семен Николаевич до нас идёт. Я тогда, когда вы первый раз у меня были, ему вопрос задал. Интересный. Он так воодушевился – видать тоже много об этом думал. Хочет подробностей. А вы их добыли изряд… Мама дорогая! Ты ли это!
Никифор Александрович развернул к себе фотокарточку и внимательно её рассмотрел.
– Каков красавец! Прям позирует. Он что – заметил наблюдение?
– Исключено – фото сделано почти с километра…
– И такое качество!? Ты смотри до чего техника дошла… Где снимали?
Дверь открылась и в неё вошёл человек больше похожий на циркового медведя у которого отобрали мотоцикл и который, через это, теперь очень недоволен.
– А вот и Семен Николаевич! – поприветствовал его Пастухов, – Вы никак прямо с совещания?
– Да ну его… Все мозги мне этим Попягиным проканифолили…
– Что? Никак не уймется наш главный диссидент?
– Не уймется. Что ни день то новая идея, одна другой чуднее…
– Так есть решение! Знакомьтесь – майор Коваль Сергей Захарович. Военная разведка. Попросите его – там ребята шустрые. Мигом этого Попягина в рамочку с каемочкой нарисуют.
– Все бы вашему Четвертому отделу над нами издеваться… – ворчливо отмахнулся Семен Николаевич, – Вам-то что? Слушай пока кто где чего не ляпнет да волоки его в кутузку… А у нас дела зарубежные. Деликатные…
– Так они его тоже того… Деликатно. Со всеми положенными реверансами и книксенами. Вы как, Майор, сможете с реверансами?
– Никак нет. У меня, при реверансе, кобура из под платья торчит.
Начальники отделов посмотрели сперва на него, потом друг на друга и расхохотались.
– Ну вот! А вы говорили что у армейцев чувства юмора нет! Ох весёлый вы человек, Майор… Ладно – показывайте что у вас есть.
– У меня тут все – сам Вареников, вот старший помощник, вот механики, это боцман, матросы, кок…
– Смотрю у них губа не дура… С таким коком и я бы поплавал…
– Это да, но вы посмотрите вот сюда. Знакомый товарищ?
– Знакомый… И то, что он рядом с Варениковым крутится, мне не нравится.
– Думаете работает на кого-то?
– Этот? – Семен Николаевич хмыкнул, – Этот на кого только не работал. Шустрый – страсть! С стоячего подметки срежет. А главное – так про него ничего толком нарыть и не смогли.
– Вы, да не смогли?
– Представьте себе Никифор Александрович – такой фантазер. Одному одно врёт, другому другое. И главное – так убедительно! Ладно бы скрывал. Тут мы бы по недомолвкам или оговоркам как-то бы определились. А в этой каше – поди разберись. Но мы же не о нем волнуемся? Вы, тот раз, про «Фелицию» что-то говорили?
– Говорил. А вы, как услышали, аж лицом переменились. Неужто знаете чего? Может поделитесь с нами?
– С вами то может и поделюсь, а вот у товарища майора допуск есть?
