Взяв предложенную газетку Капитан принялся изучать последние новости. Пресса сюда приходила с изрядной задержкой но, учитывая, что за хлопотами он не читал их уже почти год, новостей было много.
– Ты смотри что этот граф-то творит! – пробежав глазами передовицу, Капитан довольно ухмыльнулся, – «Вчера, скандально известный энтузиаст воздухоплавания граф Алекс фон Курзе, в знак протеста против сокращения финансирования его проекта по созданию сверхтяжелого авианесущего дирижабля, влетел на легком аппарате собственной конструкции прямо в зал заседания Фолькспарламента, и летал под куполом отказываясь спускаться. Призвать графа к порядку и восстановить работу Фолькспарламента удалось только после прибытия фрау Курзе срочно вызванной полицией.
Власти назвали данное происшествие возмутительным, однако ввиду того, что жертв и разрушений причинено не было, ограничились штрафом за нарушение общественного спокойствия.
В тоже время продолжается расследование другого происшествия связанного с графом Фон Курзе. Два месяца назад один из его экспериментальных дирижаблей потерпел крушение на ферме неподалёку от Ахонвейдшен в результате попытки выстрела из установленной на его борту сто пятидесяти миллиметровой гаубицы. Военное ведомство до сих пор пытается выяснить, как в руки графа попала гаубица и боеприпасы к ней.»
– Йа! Граф есть очень эксцентричен тип! – согласился Доктор, – Он есть заработать состояний на изобретений парашют и может себе позволить многое.
– Парашют в Залесье изобрели…
– Вообще первый конструкций сделать в Гюйон, но они есть были крайне архаичный.
– Не знаю ничо, – отмахнулся Капитан, – Нормальный парашют наши придумали.
– Это есть возможно. Но Фон Курзе есть изобретать подобный конструкций независимо. После того как терпеть крушений и ломать себе ноги. Потом он есть делать пробный конструкций, испытывать, делать сто экземпляр и раздавать их аэронавт в частный порядок. Те оценивать конструкция высоко и требовать официальный поставка. Потом начинайтся война и Курзе есть сказочно богатеть. Теперь он есть иметь огромный фабрика и являться главный поставщик парашют, аэростат и дирижабль для армия.
– Ты смотри… И когда все успевает?
– Я вас умоляю… – слушавшая их разговор Лисса фыркнула, – Фон Курзе, как это по залесски? «Raspizdjai». Делами занимается его супруга. Он очень удачно женился в своё время: у него был титул, а у жены – галантерейная мануфактура. На ней он и сделал первые образцы.
– Я есть не согласен, – покачал головой Доктор, – Первоначально армия есть отказываться от его изобретений. Эти думкопф решили что если у летчик будет парашют он будет бросать машина при первой возможность. Идея раздавать их летчик бесплатно был блестящий коммерческий ход! И она принадлежат графу! Так что я не считать что он есть просто развлекаться! Вспомни тот выходка с перенос конный статуй к выход из город как будто Гросскайзер есть покидать его! При всей эксцентричность это есть великолепный демонстрация грузоподъемность его конструкций принесший графу много новый заказ!
– На известность работает… – Капитан понимающе кивнул, – Пойду, проверю чем там остальные занимаются. А то затихли чего то-то. На душе не спокойно…
…
Вокруг каменной чаши валялись тела и гильзы. В соседнем доме приоткрылась дверь. Старческий глаз изучил картину побоища и, убедившись, что все закончилось, исчез в полумраке. Дверь закрылась. Женщина с кувшином вышла намереваясь набрать воды, увидела тела и быстрым шагом ушла.
Потом из полускрытой кустами канавы высунулась чумазая рожа уличной девчонки. Опасливо озираясь она начала пробираться между искалеченных трупов. Их трогать она не решалась: все на улицах знали что касаться ассасинов Фавваза, живых или мертвых – харам. И за это можно поплатится головой. А вот северянина запрет не касался, так что трусливо озираясь, она подобралась к нему и принялась шарить по карманам.
Внезапно огромная рука схватила её за шею. Девчонка заверещала, заметалась, пытаясь вырваться, однако хватка была как у кузнечных клещей.
– Заткнись… – Бьернсон с хрипом втянул воздух в пробитые лёгкие.
– Прастите дяденька – йа думала што вы дохлый!
– Ты знаешь ислас?
– Ни! Я ваще ничо ни знаю!
– Лекарь. Мне нужен лекарь. Отведи меня к нему… Или я сломаю тебе шею.
– Ай! Атведу!
Выкинув вторую руку, Бьернсон ухватился за край чаши, вздернул себя на ноги и, пошатываясь, побрёл вперёд. Его провожатая с зажатой в кулаке шеей волочилась следом в ужасе попискивая и как могла указывала направление. Выяснилось, что до дома виху они с Обмылком не дошли совсем немного. Не удосуживая себя стуком и ожиданием, Бьернсон просто выдавил засов и буквально упал внутрь дворика в глубине которого стоял круглый дом, чья крыша плавно переходила в широкий навес. Дверь заменяла занавеска сплетенная из веревочек, колыхнувшаяся, когда они ввалились внутрь.
– Атцепите иго ат миня! – девчонка рухнула следом с ужасом чувствуя как рука конвульсивно сжимается.
– Заткнись…
– Йа привила! Отпусти!
– Как звать?
– Чума…
– Денег хочешь? – Бьернсон разжал пальцы, – Много…
