Когда я снова прочитал сообщение, я начал понимать смысл чисел.
— Это британский позывной, — сказал я. — Так что, Коффин либо сохранил его, когда купил корабль, либо не успел его поменять.
— Вы говорили, что раньше он принадлежал австралийской компании, — сказал Спенсер. — Так почему у него британский позывной?
— Пережитки колониализма, — ответил я. — Австралийские торговые суда считаются британскими. Но если предположить, что это передача с "Нимрода", то что означает все остальное? Я полагаю, что 0720N означает начало координат судна, семь градусов двадцать минут северной широты.
— А тринадцать? — спросил Спенсер.
— Это долгота, — сказал я. — Это могло бы быть 13 градусов восточной или западной долготы, но это слишком далеко, на другом краю света. Более вероятно, что это означает сто тридцать с чем-нибудь градусов восточной или западной долготы. Если западной, то это посредине Тихого океана. Далеко. — Я посмотрел на карту. — Семь градусов двадцать минут северной широты — это очень близко к нашей широте, — я ткнул в карту пальцем рядом с нашим местом у Минданао. — Если взглянуть восточнее, — я провел пальцем по карте, — то этот сигнал мог прийти откуда-то отсюда, — я снова ткнул в карту. — Сто тридцать градусов восточной долготы — это может быть не далее чем в двухстах милях отсюда.
— Но зачем передавать свое местоположение, если сообщение не предназначалась для вас? — сказал Спенсер. — Возможно, он сообщает вам, где находится, или предлагает встречу.
— Если бы это было предназначено для нас, то сообщение началось бы с нашего позывного, — возразил я. — А коли это не так, то значит, что оно было передано всем, кто его слышит.
— Как сигнал бедствия? — сказал Спенсер. — Но я думал, что сигналом к этому является сочетание SOS.
— Да, это так, — ответил я. — И для запоминания сигнал прост: три точки, три тире и три точки, повторяемые трижды. Так что это не сигнал бедствия. И я не припомню какого-нибудь коммерческого сигнала, который состоит только из трех букв S. А что думает по этому поводу маркони?
— Он не имеет ни малейшего понятия, — ответил Лотер, задумчиво нахмурив брови. — Но есть и другая возможность, хотя и странная, — продолжил он. — Во время войны существовал экстренный флотский сигнал, который передавался кораблями, подвергшимися атаке подводной лодкой. Этот сигнал состоял из трех букв SSS и означал "Я атакован подводной лодкой". Но его использовали только во время войны.
— А мы сейчас не на войне, — сказал я. — Так почему же кто-то должен был послать такой сигнал? Если… — ответ пришел мне в голову в тот же момент, когда я озвучил вопрос — …если только они были атакованы подводной лодкой, и тот, кто послал его, понял, что у него очень мало времени, вспомнил старый флотский сигнал и решил использовать его в надежде, что кто-нибудь примет сообщение.
— Я припоминаю, что вроде второй помощник Коффина, Флинн, был сигнальщиком на "Бархэме" во время войны. Возможно, он запомнил этот сигнал, — сказал Лотер.
— Но почему бы просто не послать сигнал бедствия, SOS, и любой, принявший его, распознал бы это как призыв о помощи? — спросил недоумевающе Спенсер.
— Это так, но сигнал SSS является также предупреждением для других кораблей, — сказал Лотер. — Любой, кто услышит этот сигнал в военное время, будет знать, что, если он пойдет на помощь, на него также могут напасть. Но, как сказал шкипер, мы не на войне.
— По крайней мере, о таковой мы не слышали, — заметил я. — Но если вы подверглись атаке подводной лодки, то вас можно простить за поспешную склонность к такому выводу. А это значит, что где-то там, — я махнул рукой в направлении востока, неохотно выражая неизбежный вывод из наших соображений, — есть подводная лодка, которая только что напала на торговое судно, занимающееся обычной деятельностью. Это акт войны... или пиратства. — Я прервался и обратился к Спенсеру. — Майор, кажется, вы привлекаете к себе неприятности. У вас есть какие-нибудь теории?
— Я в таком же недоумении, как и вы, — ответил он. — Вокруг некоторых островов Тихого океана были замечены японские и нацистские подводные лодки, что неудивительно, учитывая, что, по крайней мере, японцы, похоже, нацелены на дальнейшие завоевания на Востоке. Но нет закона, запрещающего плавание подводной лодки в международных водах, если она не мешает судоходству. Я полагаю, что японская подводная лодка может атаковать китайский корабль сейчас, когда они оказались в состоянии войны после вторжения.
— Суда, идущие из Ост-Индии и Австралии, если они направляются в Китай, идут обычно этим маршрутом, — сказал я. — Но этот сигнал послало не китайское судно. Насколько я помню, есть правила, регулирующие действия военных кораблей, перехватывающих торговые суда — конечно, если это не просто явное пиратство.
