Ройстона как кипятком ошпарили. Конечно, все эти факты доподлинно известны и ему самому, и его жене Анне. Но слова майора, безапелляционно брошенные ему в лицо, прозвучали как пощечина. В горле образовался неприятный комок, который он с силой подавил, чтобы не разрыдаться от жалости к себе. Нет, нельзя доставить этому молодому офицеру такого удовольствия! А тот продолжил:
— Что бы вы ответили на предложение умереть с достоинством сейчас, а не тратить еще пять лет на свою никчемную жизнь… здесь, — проговорил майор, обведя помещение рукой.
Ройстон оглядел комнату, как вновь прибывший. Первое, что бросилось в глаза — это доска на стене с приколотой к ней открыткой в форме сердца с надписью: «Люблю тебя. Беатрис». Внучка прикрепила ее пару дней назад, когда он крепко спал с успокоительным после тяжелой ночи. Затем он заметил черный кислородный баллон в углу; дополнительные одеяла на случай, если ему станет холодно; экран телевизора на стене; зеленую полосу шторы, сдвинутую в сторону так, что открывался вид на парковку; железная кровать и мобильный поднос, где размещалась еда, когда Бен кормил его…
Оглядев все это унылым взором, Ройстон вновь обратил свой взор на майора.
— Я хочу́ умереть. Это не жизнь…, — проговорил он, почти задохнувшись от собственных слов.
И тут несчастный мужчина выплеснул своему случайному собеседнику все, что уже несколько месяцев мучило его. Он действительно не хотел так жить, мечтал прекратить это бессмысленное существование. В разговоре Ройстон не стеснялся своих слез. Пусть майор видит их, ему было уже наплевать и незачем более сдерживать себя. Всякому терпению приходит конец!
Взгляд Авенетти заметно смягчился. Он обернулся на закрытую дверь, затем наклонился к Ройстону поближе и заговорил приглушенным голосом:
— Мы можем освободить вас от этого кошмара. А взамен попросим о добровольной услуге, сержант.
Майор открыл вместительный кейс, достав папку с документами. Вынул один из них и протянул Ройстону.
— Это контракт, ознакомьтесь. Согласно этого контракта вы вновь зачисляетесь в Космические силы США в звании второго лейтенанта. Это также означает, что вы согласны с условиями, которые я собираюсь вам подробно разъяснить.
На чтение ушло около десяти минут, после чего майор во всех деталях и подробностях рассказал условия контракта. Ройстон слушал внимательно, периодически задавая вопросы и качая головой от удивления, не веря тому, что слышит. Наконец он спросил:
— Смогу ли я попрощаться с моей семьей, сэр?
Майор ответил:
— В определенный момент, сержант. Об этом позже.
Он взял из рук Ройстона документ и спросил серьезно:
— Мне нужно знать уже сейчас, Митчелл, вы согласны или нет. Если да, то подписываете контракт, и у вас будет неделя на завершение ваших дел и прощание с семьей. Еще раз предупреждаю, что бы вы им ни говорили — ни слова об этой миссии. Даже намека. Помните: от подписания контракта вы вправе отказаться. Тогда я немедленно уйду, и мы больше никогда не увидимся.
Он выпрямился в кресле и добавил:
— Еще раз подчеркну: ни при каких обстоятельствах, при любом раскладе вы не имеете права обсуждать с кем бы то ни было сегодняшний разговор. Это ради безопасности ваших родных. Я понимаю, мои слова прозвучали, как угроза, но так оно и есть. Слишком многое поставлено на карту, сержант.
Ройстон обдумывал предложенный контракт и его ужасающие условия. Хотя он уже знал, что скажет майору Авенетти «да». Но внезапно неделя, казавшаяся до этого вечностью, превратилась в короткий отрезок времени, недостаточный для того, чтобы побыть со своими близкими, объяснить, как сильно он их любит и поблагодарить за все, что они сделали для него, не выглядя при этом излишне озабоченным и взволнованным.
— Сержант? — прозвучал голос майора откуда-то издалека. — Мне нужен ответ.
— Я в деле, майор, — ответил Ройстон мгновенно.
— Я рад, что не ошибся в вас, Митчелл.
Он снова открыл кейс и достал миниатюрную коробку. Сняв крышку, Авенетти наклонился к Ройстону, осторожно взял его большой палец, прикоснулся им к содержимому коробки, а затем прижал к документу.
— Все, контракт подписан. Добро пожаловать на борт!
Ройстон видел, как быстро и четко майор собрал свои вещи: кейс, пальто, фуражку. Затем он вновь повернулся к нему и произнес:
— Все произойдет в следующий четверг. Некто посетит вас. Просто позвольте им делать то, что необходимо. До тех пор, пока…
Не закончив фразу, он вышел из комнаты, оставив дверь приоткрытой. Ройстон услышал знакомый шум и суету, словно вернулся в реальный мир из забытья. Эта встреча с майором показалась ему сюрреалистической, и на секунду подумалось, а не приснилось ли все это? Но посмотрев на свою безжизненную руку, Ройстон увидел фиолетовое пятно на большом пальце, чернила, с помощью которых он «подписал» контракт, и улыбка легкой тенью пробежала по его лицу.
В дверном проеме показалась знакомая фигура с пластиковым подносом.
— Добрый день, мистер Митчелл! Рад видеть вас в хорошем настроении.
Это снова был Бен, но уже ужином, и Ройстон понял, что чертовски проголодался.
***
