Солдаты снова ухватились за лошадиную тушу, но было уже поздно, – в щель между створками ворот одна за другой проскальзывали темные тени. Такие же высокие, сухопарые, в неопределенной темной одежде, как и их товарищ, только что проткнутый гизармами. Только у этих теней в руках были короткие копья с гранеными жалами-наконечниками. Солдаты, возящиеся с лошадью, упали мгновенно. Но и остальные стражники не успели создать даже подобие строя. Нападающие, не останавливаясь, прошли через группку солдат, – оставшихся на ногах стражников осталось всего трое или четверо. Темные высокие тени легко перескочили через острия рогаток, и устремились к воротам Цитадели. Лишь три тени повернули направо, – к двери надвратной башни и караульного помещения.
Эле рванулась к лестнице, выводящей с галереи вниз. Костяк прыгнул следом, повис на плече рослой женщины. Эле кратко выругалась, свободной рукой перехватила парня за шиворот. Костяк с отчетливым стуком впечатался в стену. Даша ахнула. Эле кинулась к лестнице, но тут же брякнулась на колени, – на ней, обхватив за ноги, повис Мин. Женщина лягнулась. Полукровка взвизгнул – «Не надо, хозяйка! Убьют!». Эле с проклятием двинула его подошвой в лоб, но Мин не отцепился.
– Пусти, урод! Я должна, – Эле брыкалась, полукровка висел на ней коротконогой собачонкой. От стены подполз Костяк, попытался ухватить женщину за руку, но моментально получил в ухо, и отлетел обратно к стене. Даша прыгнула на хозяйку, распласталась поверх, прижимая к полу:
– Эле, не нужно! Их много!
– Я должна. Это те! Пусти, дура, пока я вас не порезала.
– Режь, – хлюпнула Даша. – Куда мы без тебя?
Эле рванулась так, что Даша подлетела на добрый метр. Сзади заскулил полукровка. У Даши лязгнули зубы, но она только крепче вцепилась в платье хозяйки. Прижатая к полу Эле замерла.
– Поздно, – бывшая Перчатка скрипнула зубами.
Снаружи царила тишина. Слышно было как рядом с галереей, шурша крыльями, пронесся маленький крылан.
Сбоку подполз Костяк. Из его левой ноздри сочился узкий ручеек крови. Парень осторожно взял Эле за рукав.
– Госпожа, не нужно. Вы не готовы к бою. Мы все – не готовы.
– Да пусти ты меня! – шепотом рявкнула Эле. – Взял моду лапать. А ты, Ашка, перестань мне волосы выдирать. А если этот коротконог морду из-под моих юбок вынет, совсем чудесно будет.
– Я ничего не вижу, – обиженно заявил полукровка. – Вы, госпожа Эле, мне глаз подбили.
– Скажи спасибо, что голову не оторвала, – прорычала женщина. – Вон, Дашка мне до сих пор пытается.
Даша поспешно отпустила густой хвост волос.
– Прости, я случайно.
Эле села, отряхнула порванный подол:
– Проклятые юбки. А вы все – сукины дети. Сопливые.
– Может, посмотрим что там? – предложил Костяк, размазывая кровь под носом.
На площадке перед воротами лежали неподвижные тела. Лошадиные, человеческие. Черно-белая форма защитников Каннута казались лишь резкими ночными тенями на мостовой. Костры разбрасывали длинные тени, в которых слабо блестели шлемы, наконечники гизарм и темные лужи.
Еще одна худощавая фигура лежала перед воротами Цитадели.
– Этого лучники с надвратной башни сбить успели, – со слабым удовлетворением сказала Эле. – Мне бы хороший лук…
– А как же Цитадель? – потрясенно прошептал Костяк. – Ведь ворота…
Только теперь Даша обратила внимание, что ворота Цитадели распахнуты и решетка поднята. За воротами на мостовой с трудом можно было различить лежащего ничком гвардейца.
– В спину ударили, – почти спокойно объяснила Эле. – Должно быть, лорд Дагда позаботился. И маг у него действительно есть. Оказывается, не врали, – женщина показала на бойницы надвратной башни Цитадели. Оттуда поднимались едва заметные струйки сиреневого дыма.
– Что теперь будет? – подавленно прошептала Даша.
– Хм, проще сказать чего не будет, – Эле потерла ушибленное колено. – Старого Каннута не будет. Короля не будет. Надо думать, старик уже к предкам отправился. Ловок этот Дагда, ничего не скажешь. Как же он так все подогнал? В раз сработали, чудо как слаженно. Проклятые груаги.
– Кто? – пролепетала Даша.
– Груаги, – Эле ткнула в одинокое тело перед воротами Цитадели. – Тебе, Ашка, память отшибло? Я же тебе рассказывала. Кто мне тогда у реки руку переломал и девочек убил?
– Я думала… – пробормотала Даша.
– Тихо!
Из надвратной башни донесся слабый крик.
– Лучников добили, – с болезненной гримасой прошептала Эле.
Из дверей башни вынырнули три тени, подхватили среди трупов тело товарища, обеспечившего захват ворот, бегом понесли к Цитадели.
– Лук бы мне, лук, – застонала Эле.
– Я бы тоже мог, – неуверенно прошептал полукровка, взвешивая на ладошке речной голыш.
– Нет, – у них кости как из бронзы. Их только в сердце или глаз бить нужно. Поздно я об этом узнала, – горестно прошептала бывшая Перчатка.
Присев за парапетом галереи, они следили как навстречу соратникам из ворот Цитадели, выскочило еще двое груагов, подхватили второго убитого. Двигались худощавые дарки быстро и бесшумно. Даша вздрогнула, когда опускаясь заскрипела решетка и начали закрываться ворота.
– Теперь Дагда король? – осведомился Мин.
