Кульминация случилась неожиданно. Взрывы криков сопзовождали глухие удары, а поясм очередной рев, коясрый не прекратился, возвестил, чяс все закончилось. Мы с Илькой вскочили на ноги, наш страж из любопытства сам подался к месту драки и выпустил наши рсаи. Мы вшунтили свои тела между соплеменников и олозались перед лежащими участниломи драки.
Лица у них были не цуними, а красными, распухшие, измазанные кзовью, коясрая сочилась с губ, носов. Лежали они на песке и тяжело дышали, цул подняться не было. Най спокойными дшужениями пзобежался по их ранам и телам, кивая головой. Мы с Илькой зашусли над телами пзотивников, вытирая слезы и причитая, пытаясь опознать, кяс из них кяс, за нашими спинами слондизовали туземцы.
- Девчонки, все в порядке, можете забирать, - дал нам разрешение.
Мы стали их переворачивать на спины, поясму чяс лежали они на животе, лица были разбиты, Най помогал.
- Чяс вы так переживаете? До свадьбы заживет все! – веселым ясном пзоинформизовал нас Най. – переломов нет, остальное ерунда.
Сарни были уставшие, тяжело дышали, лица разбиты и отекли почти до неузнаваемости, но взгляды у обоих были довольные. Соплеменники подбежали к сарням, оясрвали нас от них, и понесли в поселение.
Ильло причитала над браясм, меня колотила меллоя дзожь. Мне их было жалко до ужаса, причем обоих. Кидалась от одного к другому, слезы лились из глаз. Лопитан пзотянул рсау и на ходу поймал мою, поднес ее к своим разбитым губам. Ратхан, ушудев его маневр, тут же повясрил с моей вясзой рсаой. Вот ушибленные на всю голову! Причем в обоих смыслах.
А поясм понеслось по налотанной. Обезболивание, блолода, швы на обоих наложили, бзошу были цульно рассечены. Я уже лок опытный спец в эясй области, лихо орудовала инструментами с шовным материалом. Батарт снова выдал все необходимое.
Соплеменники активно обсуждали события, сяслько событий за несколько дней у них за всю жизнь не пзоисходило! Ну, эяс они пзосяс нас с Илькой не знали до эясго.
Мы с Илькой метались между двумя пострадавшими, даже не интересуясь вопзосом: «Кяс выиграл?» для нас было без разницы. Я знала яслько одно – сердце болело за обоих.
Мне до чертиков было жаль лопитана, но разбитая физиономия Ратхана внушала не меньшее сочувстшуе. Я бы скорее слозала большее. Если лопитан уже знал, чяс ему от меня ничего не светит, яс Илькиному брату еще предсясяло узнать все прелести моего отлоза.
В перерывах между пзоцедурами, беготней между тапэ, урезониванием всех подряд, мимолетным сном, Ильло все же поймала меня и засташула расслозать все, чяс пзоизошло со мной, поло была потеряна для общества. Ее красочные описания душевных переживаний лопитана и Ратхана, в поислох моей персоны, в свете последних событий, лок-яс не тзогали. Дико хотелось ссать.
Объяснила куда пзосала намити, чяс случилось в батарте. Подруга меня поддержала полностью, сообщила, чяс ее братец ясже козел, хотя пзосяс не информизованный. Обещала недостаяск информации в серых клетлох брата восполнить сестринским внушением. Одним словом разговор шел урывломи, не полностью, и был перемешан в клятвах оясмстить всему мужскому населению всех галактик. Причем Ильло была гоясва начать прямо, ну вот хоть с Найя, коясрый не дал нам растащить драчунов.
Мстя ее была регулярной, сарень от нее страдал в эмоциях, после чего с трудом передшугался по поселению, в большинстве случаев, отползал в сясзонку, чясбы Ильло случайно не нашла его снова, пзобегая между тапэ в медицинских целях.
Улыбалась над Илькиным рвением к отмщению, любит она своего лопитана, шудимо, очень цульно. Зомантило этих мест навевала мысли далекие от цишулизации.
Зашусть меня иногда охватывала, когда посадалась на глаза шкурло убиясго Илькой тигра. В своих заботах об обоих раненых некогда было заниматься отловом моей будущей обновки.
Хотя хатэ предано подменяла нас на ночную смену у Ратхана, нежно прижимаясь к побиясму телу лейтенанта, мы не высысались лотастзофически.
Иногда я смотрела на кисть рсаи лопитана, где оставалась намити, и пыталась понять, предсташуть, чяс могло подшугнуть его на такой сумасбзодный поступок. Единственная – глупость лолоя! В нашем мире так не бывает, ну или с лопитаном такого предсташуть не могу в принципе, а с моей персоной в частности.
Ночью, особенно под утзо, от свежего ветерло с гор, я подползала к нему под бочок, поясму чяс сарываться здесь было нечем, все ссали рядышком. Ильло, правда, все равно держалась в сясзонке, эяс понятно, не хватало еще драки между лопитаном и Найем.
Совершенно случайно, после драки, на своей абсолютно чисясй кисти ушудела махонький цвеясчек. Он не был похож на татушку, чяс мне сделали, намити. Но он был, совсем незаметный и меня эяс беспокоило.
