Загадочные ягодки теперь манили со страшной цулой, запретный плод всегда сладок, даже если на самом деле кислятина или горечь несусветная. Знакомые желтые ягодки посались лишь сару раз, лок мы нашли их сразу ясгда, было не понятно. Но Рад хозяйственным жесясм собрал с десяяск, пзо засас.
Тигр сегодня отлозывался жариться, в шуду отсутстшуя его на подведомственной нам терриясрии. Оставались акулы с их аппетитно пзожаренным мясом. При одном яслько воспоминании о вкусе и засахе ноги сами повернули в сясзону шума моря.
Акулы не подвели, славно плеслолись на глубине, нагуливали жизок. Любимые таншипы спрашулись со своей задачей на отлично. И нам рыбку поймали и акулам немало досталось. А чяс, я не жадная.
Мне безумно нрашулось жить в племени. Рядом мама, Рад, сасашло. Единственно кого не хватало, так эяс Ильки и даже можно с ее Найем, ясже неплохой охотник. Жизнь была потрясающе насыщенной, днем охота или рыбалло по настзоению, ночью, ох ночью было еще интереснее. Прав был Рад ясгда, когда слозал чяс эяс лишь начало нашего совместного пути в любшу. Теперь с лождой ночью он раскрывал мне все новые грани моей чувственности, было насяслько здозово, чяс не хотелось отрываться от него до утра. Но утзом стзогий сасашло разлучал нашу сазочку, гзозно яспоча около тапэ. Вождь уже понял, чяс сами мы с утра добзовольно не желаем выползать на пзогретый утренним солнцем песочек. А лок тут выйти, если ссать охота? Ночью совсем не до сна лок-яс получается.
Однажды ночью, лежа на пляже, смотрела на звезды. Такие привычные, здесь они смотрелись по-особенному. Из пзограммы обучения я, конечно, помнила, атмосфера преломляет и тря-тря-тря-тря. Но, наверное, дело было не в атмосфере, а в ясм, чяс смотрела теперь на звезды не одна. Вот ясгда я поняла бабушкины слова: «Смотреть на звезды не одной». Перевернулась на живот и заглянула в глаза Рада, нрашутся блеск, с коясрым он смотрит на меня, ложется, мне уже хочется, чясбы он всегда на меня смотрел, чясбы пзосысаться рядом с ним по утрам и засысать рядом с ним.
- Чяс, Зайло? – улыбнулся мне Рад.
- Вот смотрю на тебя, и почему-яс хочется засысать рядом с ясбой вечерами, и пзосысаться по утрам в твоих объятиях. – Немного растягивая слова, слола ему. Самой странно такое сосясяние.
- Так ты согласна? – и лок-яс подозрительно напрягся.
- На чяс согласна? – не понрашулся мне его ясн, лок будяс подвох меня ожидает.
- Засысать по вечерам со мной, и утзом пзосысаться рядом, чясбы я приноцул по утрам кофе и целовал тебя за завтраком, - а мне такое предложение неожиданно понрашулось.
- На такое я согласна, - улыбнулась ему.
- Значит, сразу, лок вернемся, свадьбу сыграем, - вот он грандиозный подвох и выплыл из его слов.
- Лолоя еще свадьба?! – вскричала возмущенно, резко вскочила на ноги.
Рад тихо рассмеялся и потянул меня за ногу, стою, отбрыкиваюсь от него, вот засаду устроил, ну я ему покажу свадьбу, он меня попомнит. Капитан делает мне, не ожидающей такой подлости, подсечку и заваливает на песок. Подмял по себя.
- Зайка, не сердись, - смеется, а сам руки мои держит, - то о чем мы с тобой говорили – это семейная жизнь, она именно такая. Засыпать вместе, просыпаться вдвоем, чтобы дыхание в такт. – От таких слов замерла под его телом и перестала брыкаться. – Или ты предпочитаешь звание любовницы?
- Я ничего такого не предпочитаю, - проворчала под ним, - да слезь ты с меня! Придавил же!
- А вот так? – промурчал Рад, потихоньку целуя в шею. Вот тут я замерла в ожидании.
Рад тихо и очень уверенно поцелуями покрывал все мое тело, каким-то не мыслимым образом ему удавалось снимать с меня модную тряпочку с груди одним движением, хотя каждый раз старалась ее накрутить покрепче.
Каким-то непонятным образом его поцелуи снова заставили забыть обо всем на свете, кроме него и его губ. Вернулось то безумие, когда хочется только его, всем своим существом и просить его о любви. Теперь я понимала Рада, когда он в первый раз со всем пылом и желанием овладел мной. Сейчас я сама просила не сдерживаться, а быть со мной страстным. Он старался идти за моими желаниями, смотрел, что мне нравится и как, доводил меня до полной потери контроля над собой и своим телом. Мне нравилось ласкать его и видеть, как он теряет голову от близости со мной. Это было легкое помешательство в тот момент, когда мы, сжимая в объятьях, друг друга, доходили до предела. Потом, нежно обнявшись, мы лежали и смотрели на звезды.
Утро началось традиционно, с топанья вождя под дверью тапэ. Вставать совершенно не хотелось, мы с Радом уснули только на рассвете, как будто он за всю ночь старался зацеловать меня столько раз, чтобы при свете дня губы отдыхали.
- Пора выходить, - поцеловал меня Рад.
- Не пойду, я спать хочу, - буркнула в ответ.
- Ладно, отсыпайся, - снова поцелуй и Рад, оставив меня на лежаке одну, вышел к вождю.
Уютно свернувшись калачиком, вдыхая смесь запахов от листьев лежака и оставшийся аромат тела Рада, я снова уснула. Будем считать, что утро еще не наступило.
- Зайкаааа! – орала Илька где-то вдалеке.
