Волнующее душу чувство собственной самостоятельности, значимости, отсутствие родительского контроля и строгий голос сопровождающего офицера. Романтика! Но чем дальше уносил нас от родного дома поезд, тем больший страх и переживания грызли изнутри. Ох, эта дорога на поезде через полстраны… Ох, уж эти красоты родной страны, разглядывать которые через окно вагона на четвертые сутки надоело до чертиков… Когда от жесткой лавки плацкартного вагона болят бока… Когда не знаешь, что тебя ожидает в конце пути… И потому все радостно встрепенулись, когда дали команду — приехали, на выход. Дальше — автобусом…
— Андрей, вот тебе на всякий случай десять рублей, только спрячь подальше, а то украдут, — совала в карман бумажную купюру мама.
— Мам, не надо ничего, — попытался отказаться я, — кормить нас будут, дорога бесплатно…
— Ничего, лишними не будут, и на всякую ерунду не трать, — наставляла та, — телеграмму не забудь отправить, когда доедете.
— Коренев! — окликнул нас назначенный для сопровождения в Красноярск прапорщик из городского военкомата, — Хватит прощаться, давай в вагон!
— Ну, все, сынуля, — чмокнула в щеку мама, — будь умницей, удачи…
Я подхватил небольшой чемоданчик и запрыгнул в вагон. Поезд тронулся, унося меня в неизвестность, и я, подбадривающе глядя на маму, у которой глаза были на мокром месте, махал ей рукой. Впереди был Красноярск, а затем еще несколько дней пути до Уссурийска, который находился недалеко от Владивостока. А там или пан, или пропал. Или я сдам вступительные экзамены и поступлю в Уссурийское суворовское военное училище, или придется бесславно возвращаться домой. Еще никогда мне не доводилось уезжать из дома так далеко, в то же время неизвестность манила, и притягивала своей таинственностью и открывающимися горизонтами. Нас пятеро из области, кому посчастливилось попасть в число абитуриентов, из райцентра едет Карамышев Володя, и мы — четверо пацанов из города…
Всех школьников, которые прошли медкомиссии и профессиональный отбор на право поступления в суворовское военное училище в городе Уссурийске, собрали в Красноярском краевом военкомате. Мы с интересом приглядывались друг к другу, расспрашивая, откуда кто приехал. Были мальчишки практически со всего края, от южного Минусинска до северной Дудинки. Большинство мечтало продолжить дело своих отцов-офицеров, часть заболела военной романтикой из книг и фильмов про войну, и все были влюблены в фильм про суворовцев «Алые погоны», который каждый знал наизусть. Нас завели и рассадили в огромном учебном классе.
— Ну что, романтики военной прозы, — обратился к будущим абитуриентам заместитель военкома, — все готовы отправиться за тридевять земель в славный город Уссурийск, или кто-нибудь уже передумал?
Все заулыбались — еще чего, отказаться от мечты всей своей «огромной» жизни? Не дождетесь, товарищ подполковник!
— По глазам вижу — никто, — кивнул офицер, — но еще раз напомню, что выпускники Уссурийского суворовского военного училища в основном пополняют ряды курсантов военных училищ Дальнего Востока, и свою офицерскую службу проходят там же. А служить на Востоке, тем более Дальнем, не так просто. Многие из вас, кто поступит, начнут изучать китайский язык уже в суворовском училище. И могут считать, что пожизненная служба на границе с Китаем вам обеспечена. А это — далекие гарнизоны в дальневосточной тайге, монгольской пустыне и забайкальских степях…
Все напряженно молчали. Что говорить? Все давно и бесповоротно решено в душе и сердце. Выбор окончателен — служба Отчизне! И если Родине надо, мы готовы служить ей в тайге, пустыне, на севере, в горах. У многих мгновенно в памяти всплыла фраза из кинофильма «Офицеры» — «Есть такая профессия — Родину защищать!». Так что не надо пугать нас, товарищ подполковник…
— И небольшой сюрприз! — вдруг улыбнулся тот, — Мы пригласили для встречи с вами выпускника Уссурийского суворовского военного училища этого года, которому вы можете задать вопросы, а он постарается удовлетворить ваше любопытство. Шарапов, заходи!
Боковая дверь распахнулась, и в класс вошел настоящий суворовец! В форме! Которую все видели в живую и вблизи первый раз в жизни! Вошедший юноша был среднего роста, строен и подтянут, гибкая талия перехвачена черным солдатским ремнем, на лице выделялись умные и живые глаза, смотревшие на нас насмешливо и озорно. Черная форма наглажена, и как прекрасно смотрелись красные лампасы и столь желанные алые погоны, о которых все мы мечтали!
Суворовец улыбнулся, снял фуражку, в руках у него был альбом и поздоровался: