— Ну, пошли по маршруту, — зову фея. Встаю с места, уткнувшись в книгу. На удивление идти все также легко. Боковым зрением вижу все, что происходит вокруг. — Веди, я пойду за тобой.
Феофан пожимает плечами и низко-низко летит на выход из библиотеки.
Идём по коридору, листаю книгу в процессе. Текст со страницы буквально вспыхивает у меня в голове. Выходим в парк.
— Вить, ты вон там очень любишь работать. — Фей показывает на резную беседку. — Сейчас пойдем по дорожкам и дойдем до неё. Беседка в тени, там ты практически со всеми книгами работал. Ноги закинешь на столик и давай читать, — рассказывает Феофан. — Иногда по три-четыре книги приносил с собой. Но ещё чаще ты, конечно, работал в подземельях, — замолкает. — Пока их закрыли. Сейчас там работы закончились, просто так не пройти.
— Веди к беседке, — говорю, не отрываясь от книги.
По пути иногда улавливаю голоса. При чем понимаю, что они ненастоящие, больше похожи на фон из прошлого. Сажусь на резную лавочку в беседке. В тени приятная прохлада и легкий ветерок. Тело будто само принимает привычную позу. Закидываю ногу на ногу. Нет, не совсем то. Закидываю на стол, как говорил Феофан. На меня накатывает волна ощущений. Вспоминаю, как на этом самом месте перебрасывал шарик огня из одной руки в другую. Как ставил щит из того же огня. Тот щит менее плотный, чем у Феофана, но всё же. Провожу рукой перед собой, с пальца срывается огненная стрелка. Она попадает в железную оградку возле беседки. Вижу, что рядом уже есть похожие подпалины. Очень знакомые и жесты и привычное место. Наверняка, если посидеть подольше, можно вспомнить намного больше подробностей. А ещё лучше сделать по-другому.
— Кажется, нужно пройтись по всем остальным местам, где я любил бывать — делаю для себя вывод.
Феофан наблюдает за мной так, будто ничего нового для него не происходит.
Встаю, чтобы выйти из беседки. Идём дальше по дорожкам парка, мимо скульптур и огромного фонтана. До меня долетают почти незаметные капельки воды. Стараюсь не отвлекаться от книги и одновременно следить за дорогой. Фей летит чуть впереди.
— Виктор⁈ — сзади раздается приятный женский голос.
Оборачиваюсь на голос, меня догоняет очень милая невысокая барышня. Русые волосы заплетены в косу, глаза изумленные и большие, улыбка дружелюбная. Девушка смотрит на меня как на знакомого. Фей дергает меня за полу куртки и подсказывает на ухо:
— Это Маришка, целительница.
— Привет, Маришка, — говорю девушке и приветственно машу рукой.
— О, ты меня узнал? — удивляется девушка. — Странно, ты же пропустил ежегодный осмотр студентов. Я тебя искала на этой неделе, но так и не смогла найти.
Девушка с облегчением вздыхает и ждёт моих объяснений.
— Я уезжал довольно далеко и никак не мог попасть к тебе на осмотр, но я могу прийти в ближайшее время, — добавляю. — Ты когда будешь свободна?
Мариша бросает взгляд на Академию и отвечает:
— У меня этот целительский пункт только открылся. Раньше моталась из столицы по вызову. Теперь удобнее, работаю здесь постоянно. Так что в любой свободный день приходи, только в рабочее время. Ты чуть ли не единственный, кто остался.
— Хорошо, конечно, приду, — говорю я.
Девушка смущённо отступает от меня и ещё раз улыбается. Она уходит по дорожке в другую сторону, а Феофан спрашивает:
— Вить, а, Вить, а ты чего не пошёл? Мы сейчас могли бы.
— Фео, у нас сейчас времени нет, в мастерские же надо! — напоминаю я.
— Да? А я хотел ещё в таверну зайти перекусить, а то мы целых полдня ходим-ходим, а во рту маковой росинки не было. — Феофан смотрит на меня грустными глазами.
— Нет, Фео, — отвечаю. — У нас сейчас совсем нет времени. Давай по пути чего-нибудь перехватим? Помнишь, нам про фестиваль светлячков говорили. Гномы рукастые, должны вкусно готовить, — предполагаю. — Пирожков поедим в честь праздника.
— Пирожки, пирожки! Такое я люблю! — откликается фей. — Давай пойдём, пойдём!
Мы выходим из Академии, никто нас не останавливает и не окликает. Идём в сторону мастерских. По пути на некоторых домах замечаем магических светлячков. Сразу можно определить, где именно живут гномы. Выглядят светлячки как настоящие, сразу так и не скажешь, что неживые. Они излучают мягкий свет и придают улицам ещё больше красоты и уюта.
— Вить, а ты знал, что если на фестивале удастся поймать живого светлячка, то обязательно исполнится одно самое заветное желание? — интересуется Феофан, разглядывая искусственных жучков.
— Ха-ха, Фео, ты такой большой, а в сказки веришь, — невольно улыбаюсь. — Легенды рассказывают маленьким детям, чтобы те верили в чудеса.
— Как так? — удивляется Феофан. — А то, что они чувствуют клады и богатства — тоже неправда? Если поймать настоящего светлячка и сохранить ему жизнь, он обязательно проводит тебя в пещеру сокровищ. Вот только на небе должна быть полная луна, и обязательно должен идти завершающий день фестиваля. Надо, кстати, глянуть, когда он.
— Ты действительно в это веришь? — смеюсь.
— Конечно! — Фей серьезен как никогда.
