— Подожди, — останавливаю его, и сам с интересом наблюдаю процесс.
Гном вкладывает в одну из глазниц сложный оптический прибор. Штуковина тут же начинает шевелиться. Видимо, в ней магии не меньше, чем оптики. Фарух снова берет булыжник в руки. Проходит не больше двух секунд. Гном достает из нагрудного кармана палочку и несколько раз с силой царапает кристаллы.
Фей с ужасом наблюдает эту сцену. Кладу руку ему на плечо, чтобы тот не отвлекал мастера. Наверняка гном прекрасно знает, что делает.
Фарух преувеличенно медленно кладёт булыжник на стойку. Ещё раз глубоко вздыхает со словами:
— Так и знал.
Не дождавшись моей реакции, он снова обращается ко мне.
— Таки старый Фарух посмотрел, — грустно говорит гном. — Это точно не наследство тётушки? А то я гном в самом расцвете сил, у меня своя лавка и, вон, даже есть ученик. — Кивает на Йосю. — Может, познакомите?
— Ничего не понимаю, — отвечаю. — Нет, к сожалению или к счастью, это не наследство тётушки. Вполне точно могу сказать, что нашел камень, когда ездил по делам Академии.
Гном прищуривает глаза и всматривается в меня так, будто старается прочитать мои мысли.
— А что за место, расскажете? — осторожно спрашивает. — Очень уж хочется прикупить там дачу. Или две.
— И здесь тоже все сложно. — Удивленно смотрю на гнома. — Я не очень контролировал дорогу. Боюсь, показать точное место не смогу.
— Жаль, жаль, — с лёгким недоверием говорит гном. — Вы хотите мне отдать его на обработку?
— Да, — тяну я. — А в чем, собственно, проблема?
— Нет, проблема не в вас, — опять расстраивается гном. — Я таки переживаю, что вновь отпущу красивое в мир, а сам больше никогда этого не увижу. Я смотрю на камень и представляю, как могут измениться в природе вот эти маленькие синие искры. А когда закончится обработка камня, они застынут и больше не изменятся. Но не обращайте внимания на старого Фаруха, это просто грусть.
Гном снова берет булыжник в руки и отпускает ностальгию.
— Я посмотрел, и я возьмусь за работу, — уверенно сообщает гном. — Вы же не знаете, что это такое, правда?
— Вообще ни единого предположения, — честно отвечаю.
— Скорее всего у меня получится обработать эти камни, — начинает издалека Фарух. — У меня к вам маленькая просьба.
Гном выдерживает паузу и наблюдает за моей реакцией. Видимо, проверяет, насколько искренне я с ним общаюсь.
— Давайте я сначала обработаю камень, а потом вам расскажу, что он из себя представляет. За работу возьму пятую часть минерала, — переходит к торгам Фарух.
— Так чего же вы с половины не начинаете как с накопителями? — припоминаю нашу недавнюю встречу.
— Я таки знаю, сколько стоит моя работа, молодой человек, — заверяет гном. — Здесь она стоит пятую часть, и это даже чуть больше, чем-то, на что порядочный гном может рассчитывать. А старый Фарух не просто порядочный, он к тому же идеально делает свою работу! Но пятая часть заставит меня выложиться на полную, чтобы сделать ваши камни!
Речь гнома удивляет не только меня, но и Феофана. Даже ученик Йося отвлекается от станка и вытаскивает вату из одного уха. После сердитого взгляда Фаруха сразу же возвращает вату на место и продолжает работать. Видимо, подобное поведение гнома — большая редкость.
— Я правильно понимаю, что речь идет о чем-то очень дорогом? — задаю вопрос.
— Таки да, — активно кивает гном. — Я уже говорил: вы очень фартовый молодой человек. Я это заметил ещё в первую нашу встречу. Как жаль, что у меня нет внучки, подходящей для вас. Такую удачу лучше оставлять в семье. Но если вы подождете десять годков…
Смеюсь и ловлю на себе серьезный взгляд гнома. Ему точно не до шуток.
— Хорошо, — с легким удивлением говорю гному и одновременно стараюсь увести тему подальше от его внучки. — Когда приходить за камнями?
— Это сложный заказ… — размышляет Фарух. — Разрезать, осмотреть, отшлифовать, снова проверить, постараться оставить на месте все действующие связки. Думаю, дня через два, может быть, через три. Знаете, лучше через три. Не стану скрывать, — шепотом продолжает гном. — Это хороший минерал, всегда хотел поработать с таким сложным интересным заказом.
— Ладно, — соглашаюсь. — Думаю, мы договорились. Пятая часть, так пятая часть.
Мне кажется, это вполне нормальная цена. К тому же, гному теперь выгодно обрабатывать камень по максимуму, раз он такой дорогой. Для него в том числе.
Фей активно дергает меня за штанину.
— Не сейчас, — прошу Фео.
Оставляем булыжник гному, пожимаем руки, прощаемся и уходим в сторону центральной площади.
— Ой, продешевил ты, Витя, — снова возмущается фей. — Ты что не видел, как он на камень смотрел? Гномы так смотрят только на истинные драгоценности и на правнуков.
— Фео, нормально всё, не всегда нужно торговаться, — успокаиваю фея.
— Всегда! С гномами всегда! — не успокаивается Феофан. — Пятая часть сокровища, ты себе представляешь, сколько это? А если оно стоит целое состояние?
— Зато мы будем уверены, что гном не заберет его себе и не подменит, да и у нас еще два таких осталось, ты не забыл? — привожу аргумент.
— Плохо же ты знаешь гномов, Витя! Плохо! — вздыхает фей.
