Кадровик 2.0 полностью

Против света видно только контур человеческой фигуры. Больше ничего.

— Да, увидишь-увидишь, — отвечает голос на незаданный вопрос. — Обещаю сразу, первым не нападу. Ни в коем случае. Я вполне безобидный товарищ, помни это, — с грустным хмыком говорит голос.

— Безобидный говоришь? — смеюсь в ответ.

Много безобидных мы уже тут встречали. Почти со всеми договаривались — это правда. С некоторыми — с помощью превентивного применения силы. А так, все безобидные, да. Вот только сейчас еще непонятно, с кем предстоит иметь дело. Подбираю ключ. Как водится, подходит последний — пятый. Открываю решетку.

— Проходи, — отчетливо звучит голос в моей голове.

— А ты по-нормальному разговаривать не можешь? — спрашиваю чуть раздраженно.

Всё-таки притомили меня эти игры. Да и сложно играть, когда знаешь не все правила.

— Нет, — ухмыляется существо напротив меня. — Нет, это мой единственный способ общения.

Голос по-прежнему раздаётся только у меня в голове.

— Не пугайся. — Ко мне разворачивается фигура в длинной хламиде.

— А чего здесь пугаться? — задаю риторический вопрос.

Удивить меня крайне сложно. С интересом разглядываю абсолютно синего человека. Насыщенный ультрамариновый цвет лица. Такое ощущение, что парень либо очень долго пил, либо сбежал, не смывая грима, из какого-то кинофильма.

Он поднимает руки перед собой, складывает их на груди и представляется.

— Меня зовут Дракт’лосск, — раздается голос у меня в голове.

— Слушай, я это не выговорю, — хмыкаю. — Давай, я буду звать тебя Дра или Дрю?

— Это приемлемо, — одобряет голос.

Камера незнакомца напоминает ту комнату, где я пришел в сознание. Ничего лишнего: только дыра в полу и импровизированная кровать из сена.

— Могу еще звать тебя Андреем, — предлагаю. — Подойдет?

— Это хорошее имя. Подойдет, — соглашается Дракт’лосск.

— Договорились? — уточняю.

С неизвестными существами лучше быть аккуратнее и переспрашивать.

— Я буду Андреем. Отлично. — Парень кланяется.

Слегка кланяюсь в ответ.

— Ну и что ты переживал? — интересуюсь. — Убивать мне тебя совсем не хочется.

— Разве ты не видишь моих отличий от других людей? — искренне удивляется существо.

Ещё раз с интересом осматриваю парня. Кроме цвета и непривычно удлиненных конечностей ничего необычного не замечаю.

— Ты синий, — говорю очевидную вещь. — И чего? Это проблема?

— Дааа, — тянет парень.

— Других отличий не вижу, — поясняю. — Я тебя прекрасно понимаю.

Существо заметно успокаивается. Напряжение в воздухе спадает.

— Слушай, вопрос, — захожу издалека. — А ты со своими соплеменниками тоже общаешься только мысленно?

— Да, у нас в основном мыслеречь в чести, — объясняет голос в голове.

— Интересное кино. И много у вас таких синих? — продолжаю сыпать вопросами, тем более, существо вполне охотно идет на контакт.

— Не очень. В горах есть пещеры, где живет наш народ. В эти пещеры старается никто не заходить, — чуть грустно произносит парень.

— Я отчасти понимаю путешественников: не очень приятно, когда копаются у тебя в голове, — улыбаюсь.

Привыкнуть к мысленным беседам, конечно, можно. Вот только мне не хочется лишний раз открывать своё подсознание. Чувство уязвимости никуда не пропадает.

— Ну, и поэтому тоже, — усмехается парень.

— Итак, Андрей, о чем ты меня хотел предупредить? — снова возвращаюсь к серьезной теме. — Я пока не вижу, чем ты так уж сильно отличаешься от людей. Длинные тонкие пальцы и синий цвет кожи — это ведь всё?

— Мне нравится твое отношение к моей непохожести на других. — Парень разводит руки в стороны.

Жест дружелюбный. Подвоха от него не ожидаю.

— Слушай, ты же всё в моих мозгах читаешь. Мы, русские, относимся к людям так, как они этого заслуживают, — объясняю. — Сначала человек, потом отличия. Нам глубоко фиолетово, кто и у каких родителей родился. Важно, какой человек внутри, а ты, вроде, правильный.

Парень снова слегка кланяется.