– Здесь же будет архив до тех пор, пока документов не станет слишком много, а там мы с Зайкой что-нибудь придумаем, – отчитался невероятно довольный произведённым эффектом Хасид, а Зайка активно закивала, мол, придумаем, вообще не вопрос!
– А в центре что за стол? – Тео понимал, что принц справился со своей задачей на все сто процентов: сюда не стыдно будет пригласить хоть короля, хоть посла…
– Это переговорная зона, – пояснил Хасид, – зачем тесниться в каморке, если можно сделать всё то же самое, но в комфортных условиях?
– Тео, тебе тоже абсолютно необходима такая потайная комната, это же просто гениальное решение! – проплыл по комнате знакомый всем кроме принца глубокий голос. – И вообще, я полностью одобряю твой выбор главного финансиста академии.
– Кто это? – принц удивлённо огляделся и никого не увидел.
– Это мой секретарь, – вздохнул Тео, которого Кеннет измучил во время прогулки по территории и выбора мест будущего периметра. Своими нравоучениями он достал всех, и только присутствие Биэля и воспоминание о кулаке, в который он так бесславно попался, как-то ограничивало разошедшегося мыша. – Сейчас я вас познакомлю. Кеннет, спустись, будь так любезен.
Принц с невольно вздрогнул, когда откуда-то сверху на плечо к Тео в прямом смысле этого слова свалилась здоровенная летучая мышь.
– Я Хантер Макферс Кеннет Скотт О’Тул Миллер, – гордо представился мышь, с любопытством таращась на принца бусинками глаз.
– Очень приятно, – поклонился принц, – я Хасид Алоизий Бенджамин Феликс Лерой Максимилиан Эйленд, принц Бертринский.
В комнате повисла гробовая тишина, а потом Кеннет, откашлявшись, уважительно произнёс:
– Ну… тоже, кхм, неплохо… Я бы даже сказал, что очень… кхм… впечатляюще…
– Можно просто Хасид, – улыбнулся принц, и Кеннет радостно кивнул.
– Но в документах мы непременно будем писать полное имя! – мышь задумался и повернулся к Тео. – А у тебя точно всего три имени? Может, ты забыл ещё парочку хотя бы? А то твоя табличка будет как-то несолидно смотреться рядом с нашими, да, Хасид?
– Какая табличка? – не понял замороченный заковыристыми именами Тео.
– На двери, какая же ещё? – рассерженный несообразительностью Теодора мышь сердито махнул крыльями. – Кстати, нужно подумать, у кого их заказать. И обязательно золотые, обязательно! А имена драгоценными камнями выложить! Если можно, то мне — рубинами!
– Подожди, Кеннет, – остановил разогнавшегося мыша принц, – зачем нам золотые таблички? Вполне достаточно начищенной меди. Выглядит не менее элегантно, зато намного дешевле.
– Ты что, какая медь? – возмутился Кеннет, у которого пытались отобрать только что придуманную мечту: золотую табличку с рубиновыми буквами. – Это несолидно!
– А золото — вульгарно, – непримиримо нахмурился принц, – к тому же зачем сорить деньгами?
– Так у нас вроде как неограниченный кредит, разве нет? – насупился Кеннет, не желая расставаться с едва обретённой мечтой.
– Это ничего не значит, – в голосе принца неожиданно звякнули металлические нотки, – как руководитель финансового отдела академии, я не допущу нецелевого использования средств. Таблички — не предмет первой необходимости, в отличие от обстановки, например. Теодор, какие помещения ты хотел бы обустроить в первую очередь?
– Я? – Тео настолько наслаждался тем, что теперь есть, кому урезонивать иногда зарывающегося мыша, что прослушал вопрос.
– Что будем обустраивать в первую очередь? Я имею в виду помимо обстановки, которую нам обеспечивает восхитительная леди Изабель.
– Наверное, медицинский пункт и оружейную, – подумав, решил Тео, – ты можешь посовещаться с Харви и Биэлем по поводу того, какое оружие и в каких количествах нам понадобится с учётом того, что в первый год обучаться будет примерно сорок молодых аристократов.
– Хорошо, – кивнул принц, – мы обсудим с ними. Вот прямо сейчас и займусь...
– Хасид, – вдруг сообразил Тео, когда принц уже собрался уходить, – тебе ведь, наверное, очень сложно будет одному справляться с этим колоссальным объёмом работы? Тебе понадобится помощник.
– Наверное, да, особенно в перспективе, – принц всерьёз задумался, а Тео показалось, что он даже видит, как мысли укладываются в голове Хасида в стройную логичную систему, и будущий ректор завистливо вздохнул. Ему пока не удавалось структурировать всё происходящее, и действовал он, скорее, на эмоциях или подчиняясь предчувствию.
– Тогда, наверное, нужно будет сказать и о нём его величеству, – Тео вздохнул, – надо дописать в список.
– А скажи, – принц смущённо потёр подбородок, – не будет ли с моей стороны невежливым попросить себе помощника… как бы сказать-то…
– Призрака? – сообразил Тео, прекрасно понимая принца: это же такая уникальная возможность соприкоснуться с миром потусторонним, таинственным и неизвестным. – А у тебя какая магия? Я как-то не успел поинтересоваться.
