У Эрика в саду обитает мантикора. Ангелы живут человеческой жизнью. Ведьма может украсть судьбу. Жнец смерти бывает веселым симпатягой, а еще ему положен отпуск. Предсказания могут сбываться. Нельзя брать чужое имя. Ты в своем уме, даже если рядом сидит гоблин. Засмотревшись в отражение, можно потерять себя. Не гуляйте темной ночью, а то вспомните, что вы вурдалак и съедите своих соседей.
Любовь Деточкина
Кафе Хенто
© Любовь Деточкина, 2016
У Эрика в саду обитает мантикора. Ангелы живут человеческой жизнью. Ведьма может украсть судьбу. Жнец смерти бывает веселым симпатягой, а еще ему положен отпуск. Предсказания могут сбываться. Нельзя брать чужое имя. Ты в своем уме, даже если рядом сидит гоблин. Засмотревшись в отражение, можно потерять себя. Не гуляйте темной ночью, а то вспомните, что вы вурдалак и съедите своих соседей.
ISBN 978-5-4474-9143-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Оглавление
Кафе Хенто
Ангелы
Ошибка в небесной канцелярии
Пазл мира
Артон
Будни ангела с косой Жнец смерти
Собака
Опоздал
Отпуск
Кара
Где начинается душа
Провал
Ваши недостатки работают на вас
Смотритель мира
Вампиры, гоблины, психи и другие
Вампир и бренди
Ночь, бабушка, фонарь
Стать вампиром
Метеорит
Я вижу гоблина
Автобус с психами
Диплом Демиурга
Ровно как часы
Судьба
Хочу чужую судьбу
Пять шарфиков, шесть судеб
Волшебные клопы
Судьба вещей
Отражатель
Ваза
Лирично
Четыре окна
Кафе Хенто
Отражение
Бариста
Хорошее место
Бывает
Сказки о прошлом
Сейчас
Любовь
Красный шарф
Банка с мечтами
Перо изильяри
Заточенный
Аза
Молодость
Сама суть
Музыка мира
Слуги и господа
Жизнь, смерть и мы
Жизнь, смерть и мы
Рецепт
Сборы в жизнь
Попытка сменить работу
Похороны Анны Филипповны
Полет
Видящий
Выдох
Комар
Клетка для нечто
Девочка-дурочка
Распродажа
Стать Тенью
Атмосферное
Лето
Гроза
Дела для осени
Икниженс
Боги, сказки и прочее
Озеро сказок
До
Тюрьма
Память
Скальд
Все умерли
Кино
И больше ее никто не видел
Основной инстинкт
Неожиданный конец
Ангелы
Ошибка в небесной канцелярии
Утром Иван Петрович Козырьков проснулся с головной болью и необъяснимой тревогой. Он потер руками мятое, невыразительное лицо. Серые, редеющие волосы прилипли к голове. «Это все чертова книга», — подумал он, — «или коньяк Фомича был паленным». Вчера в его отделе был праздник, отмечали день рождения Фомича. Пришли сослуживцы из других отделов и родственник юбиляра, приехавший погостить на неделю. Родственник-то и принес книгу, в которой подробным образом описывались методы расширения человеческого восприятия. Приставал с ней ко всем гостям, уговаривал опробовать и сравнить ощущения. Фомич же радостно всех подбадривал, и пришлось делать эту ерунду, дабы не обидеть его. «Вот же некоторым делать нечего, напишут всякие глупости, после которых у нормальных людей голова огнем горит», — причитал Иван Петрович, медленно передвигаясь по коридору.
Войдя в кухню, Иван Петрович громко закричал. Такое поведение было ему не свойственно, но обстоятельства выходили за рамки обыденности. За кухонным столом сидел незнакомый хозяину квартиры мужчина.
— Вы кто такой? — оправившись от испуга, спросил Иван Петрович.
Мужчина никак не отреагировал ни на вопрос, ни на появление Ивана Петровича.
— Я вызову полицию! Убирайтесь сейчас же! — развивал мысль хозяин квартиры.
Опять никакой реакции не последовало. Мужчина просто сидел за столом и смотрел прямо перед собой.
«Психованный», — подумал Иван Петрович, — «наверно, я все-таки забыл замкнуть вечером дверь». Он, пятясь спиной, вернулся в спальню, и стал быстро лазить по карманам, в поисках телефона. Когда нашел, выяснилось, что аккумулятор разрядился, и телефон отказывается включаться. Накинув тренировочные штаны, Иван Петрович быстро вышел на лестничную клетку и стал стучать в дверь соседки.
— Марья Ивановна мне позвонить надо срочно, телефон разрядился, а у меня в квартире какой-то псих сидит, полицию надо вызвать.
— Подождите полицию, может это сын Павловны, она его с утра ищет, он, когда выпьет, сам не свой делается, дурачок прям.
Марья Ивановна тихо пошла к квартире соседа.
— На кухне, — прошептал Иван Петрович.
На кухне никого не оказалось. Они проверили спальню, санузел и балкон.
— Сбежал, — констатировала Марья Ивановна.
— И хорошо, — выдохнул Иван Петрович.
