Привычной рукой она начала ставить большие альбомы вниз, повыше – специальную литературу, а затем занялась романами, выстраивая их корешками наружу и подравнивая по краю полки. Стеллаж стал выглядеть гораздо аккуратнее. Нелли с удовлетворением полюбовалась на свою работу. На верхней полке еще выбивалась из ряда одна книга, она торчала, как будто не помещалась по ширине. Нелли принесла стул, вытащила книгу и поводила за ней рукой, стараясь найти, что там мешает. У задней стенки она нащупала завалившуюся сзади книгу и достала ее. Это был небольшой томик в твердом переплете, страницы были погнуты по углам. По-видимому, эта книжка, всеми забытая, пролежала на полке десятки лет, словно спящая красавица.
Нелли стряхнула с обложки пыль и мельком взглянула на название, написанное на рваной буровато-желтой обложке. То, что она увидела, заставило ее замереть от удивления, затем она слезла со стула.
Эта книжка была ей знакома. Не так давно она нашла ее в ящике среди бабушкиных книг и обнаружила внутри загадочную надпись, совпадающую со словами, выгравированными на ее кольце: AMOR VINCIT OMNIA.
Эта тоненькая книжечка стала причиной ее поездки в Венецию. Не отрываясь от книжки, которую держала в руке, она перевела дух. Название гласило: «Действительно в течение десяти дней». И принадлежала книга перу некоего Сильвио Тодди.
На время Нелли забыла о существовании Валентино Бриаторе. Взволнованная, она с книжкой в руке вернулась за столик у окна. Могло ли быть случайностью то, что она нашла еще один экземпляр бабушкиной книжки именно в этом кафе, которое называлось «Settimo Cielo» и с первого же мгновения произвело на нее какое-то магическое впечатление? Нет! Она торопливо открыла книжку и внимательно пролистала первые страницы. Они разочаровали ее, так как в этой книжке она не обнаружила никакой надписи. Она продолжила перелистывать страницы в поисках заметок на полях, но и тут ничего не нашла. Зато эта книжка хранила еще гораздо более волнующую тайну. Нелли чуть не вскрикнула, наткнувшись на засунутое между страниц сложенное письмо, написанное на тонкой бумаге, словно ждавшее ее там все эти годы. Оно начиналось словами: «Мой бесконечно дорогой и любимый» – и кончалось: «Твоя несчастная Клэр».
Письмо, без сомнения, было прощальным, и сейчас Нелли держала его в дрожащей руке. Письмо, за которым угадывалась история несчастной любви. Но главное, это было письмо, написанное ее бабушкой! С бьющимся сердцем Нелли читала написанные авторучкой, местами расплывшиеся строки. Словно кто-то над ними плакал.
