Словно услышав мои мысли, Царь зверей начинает медленно и очень аккуратно растягивать меня. Очень медленно. А я начинаю дрожать в нетерпении. Черт, не читай больше мои мысли! Хотя нет, читай. Вот эту читай: трахни уже, не могу больше терпеть!
– Ты готов? – рычит в меня Лев.
Ой, мама! Я не знаю, мне страшно, но я готов. Киваю в согласии, не смотрю на него. Я в клетке с хищником, и не знаю, будет он меня облизывать или разорвет на куски. Боюсь, но уйти не в силах.
Лев медленно входит, и я выгибаюсь. Больно! Он огромный, мля! Только не останавливайся! Резко подаюсь назад, чуть он замедлился. Закусываю губу. Черт, как хорошо, что он не видит моего лица. Как же больно и как хорошо! Сдохну счас от счастья. Нет, сначала кончу, а потом сдохну.
Царь начинает двигаться, плавно натягивая меня на себя, постепенно увеличивая амплитуду и скорость. Стараюсь дышать. Сначала носом, потом сквозь зубы. Постепенно срываюсь на всхлипы. Черт, как хорошо, хорошо, хорошо…
Сминаю простыни в пальцах. Руки не держат, падаю вперед, вгрызаюсь в ткань зубами, стону в нее, вою. Только не останавливайся. Тянусь к себе рукой, но мою ладонь перехватывают.
– Потерпи, я скоро. Подожди, – сбивчиво шепчет мой любовник.
И я терплю. Хочу улететь с ним одновременно. Его ладонь продолжает сжимать мою, переплетаясь пальцами. Тем временем вторая спускается с живота к моему члену. Я на взводе, пара движений – и меня уносит. Срываюсь на тихий вой-стон, чувствую его в себе, на себе, рядом с собой. Он везде. Окутал меня собой, укрыл, спрятал. Как же хорошо!
Отдышавшись, Лева осторожно выходит и я, обессиленный, падаю на простыни.
– Ты живой? – дышит он мне в затылок, шевеля мокрые волосы.
– Нет.
Хищник довольно усмехается.
– Отдыхай, я рядом.
Хочется спать, но нельзя. Надо как-то собираться в твердую массу определенной формы, но тело не хочет, оно растеклось лужей по постели и ему хорошо. Поворачиваю голову и смотрю на Льва. Он красивый. Вот сейчас, когда он так близко, буквально в паре сантиметров от меня, он очень красив. Короткий ежик волос, темные глаза, высокие скулы, волевой подбородок. Очень жаль, что он ублюдок, который выбрасывает из своей жизни надоевших людей, как надоевшие вещи. А может Данька с ним и жил столько времени, что он такой? Рядом с ним можно расслабиться, ему хочется доверять. От него веет уверенностью и силой. И надежностью. Может, стать его вещью? Пусть на время, пусть потом выбросит, но сначала…
Нет, надо уходить. И так уже слишком близко. Нельзя так. Не с ним. Хотя, если бы я с кем и остался, то только с хищником. Жаль, что это невозможно.
Часть 6
***
– О чем ты думаешь? – шепчет Лев.
– Думаю, что надо идти.
– Тебя кто-то ждет дома?
Чуть было не ляпнул – Кроля, но вовремя прикусил язык.
– Нет, но это не повод ночевать где попало.
– Останься, я отвезу тебя чуть позже. Не убегай.
– Ладно, если только немножко, – все равно сил идти куда-либо нет.
Лежим в тишине. За окном темень, в квартире глушь. Неудивительно, что мы задремали. Это я понял, когда резко открывал глаза. Не знаю, что меня разбудило. Просто вынырнул из дремы.
Царь зверей тихонько сопит рядом. Брови нахмурены, что-то неприятное снится. Осторожно выбираюсь из постели, натягиваю свою одежду и выхожу из комнаты. Надо бы уйти, но у него дверь на замке. Где ключи – я не видел, да и оставить квартиру незапертой, со спящим хищником, нельзя. Мало ли какие тут браконьеры водятся.
Выхожу в гостиную, зажигаю свет и оглядываюсь: мебель светлых тонов, мягкий ковер, картина с пейзажем, черно-белое фото пары с двумя детьми. Книги. На столике рамка с фотографией молодого солдата, рядом армейская бирка, брелок и нож-бабочка. Странный набор. Может он маньяк? Вот сейчас выспится, встанет – и ножичком этим меня по горлу. Брр.
Иду дальше, рассматриваю книги, их много. Некоторые я даже читал. А вот книжка на английском. Интересненько.
– Нравится? – мягкий голос за спиной заставляет вздрогнуть.
– Извини, – тут же закрываю книжку и убираю на полку.
– Можешь взять. Я все равно языка не знаю. Друг подарил, а я так и не добрался английский подучить.
– А зачем тогда дарил? – оборачиваюсь к хищнику.
– Не знаю. Захотел, наверное. Я не копаюсь в том, что мне дарят. Я принимаю каждую вещь как знак любви или уважения. Подарил книгу – значит, решил, что мне этот подарок подойдет. А может, хотел меня простимулировать на изучение языка. А вообще, он привез ее откуда-то из-за бугра, просто сувенир. Кто-то везет магнитики, а он привез роман.
– Клево. Нож тоже подарок?
– Нет, это вещи Яшки, – Лев оглядывается на столик и мрачнеет. – Он перед уходом в армию просил присмотреть. Вот, присматриваю.
Черт, ну почему я все время задаю не те вопросы? Так хочется все расспросить, но он не станет говорить. Да и зачем?
– Извини.
– Прекрати постоянно извиняться, – чуть рычит Лев в раздражении. – Ты не виноват в его смерти, и в том, что напоминаешь о нем. Мне пора бы уже привыкнуть и забыть. Четырнадцать лет прошло.
Мужчина резко отворачивается и подходит к столику, берет фотографию и долго смотрит на изображение. Вот сейчас, наверное, самое время уйти.
