– И чем же я помешал? – хищник усаживается рядом, стягивает с меня пиджак.
– Я о тебе думал, а надо было о ректоре.
– Ректор? Боюсь уточнить, как ты защищал свой диплом.
– Словами. И причем здесь ректор, я про галстук.
– А причем здесь галстук? – Лев улыбается и принимается за мой ремень.
– У ректора был твой галстук. Это немного сбивало с мыслей.
– Мой? Надо же. А я думал, все мои галстуки на месте.
– Не, тот, голубой, блескучий, был на нем, – откидываюсь на спину и прикрываю глаза. Как же все-таки тошно.
– Ты думал обо мне, когда смотрел на него?
– Вот именно, а надо было думать о дипломе.
– И как я могу загладить свою вину? – хищник вытаскивает мою рубашку из брюк и начинает расстегивать пуговицы.
– Донеси до туалета? – мычу, чувствуя, как накатывает тошнота.
Лев удивленно замирает, а я срываюсь в уборную. Кажется, перебрал.
– Живой? – теплая ладонь между лопаток.
– Угу, – тяну устало.
– Еще тут посидишь, или пойдем умываться?
– Умываться. Извини.
– За что? За то, что не написал о результатах сдачи, хотя я ждал, или что разбудил в три часа ночи, зная, что мне завтра на работу?
– Блин.
– Не извиняйся, Тим. Все хорошо. Пошли, умоемся и спать.
Хищник помогает мне подняться и ведет к раковине.
– Можно, я душ приму? – оглядываюсь на Царя зверей.
– Не уснешь?
– Не, мне полегчает.
– Хорошо, но дверь не замыкай, – Лев выходит, оставляя меня одного.
Включаю воду, раздеваюсь до конца и забираюсь под прохладные струи. Интересно, если я ему признаюсь в своих чувствах, как он отреагирует? Оттолкнет, скажет, что не готов, или прикинется взаимно влюбленным? Хотя, если сказать об этом сейчас, утром можно сделать вид, что ляпнул по пьяни или вообще не помню такого. Удобно…
Под душем привожу в порядок тело и мысли, собираюсь с духом и иду в спальню.
– Теперь спать? – интересуется хищник.
– Угу, – забираюсь в постель. Лев укладывается рядом. – А тебе завтра на работу сильно-сильно надо?
– Ну, как тебе сказать. Это работа.
– А если я тебя попрошу, можешь задержаться немного?
– Могу. Что ты хотел?
– Тебя.
– Это я понял. В каком плане?
– В сексуальном. Мы неделю не виделись и почти две не трахались. Хочу.
Выбираюсь из-под одеяла, и усаживаюсь на бедра любовнику.
– Кто-то только что с унитазом обнимался, – лыбится гад, но не сталкивает.
– Я зубы почистил, – отвечаю честно.
– Я не про это. Я думаю, потянешь ли? – и руками мне по ляжкам.
– Потяну, а ты поможешь, если что, – шиплю сквозь зубы. Хочу его до дрожи.
Стягиваю с него труселя и обнаруживаю уже не очень вялый агрегат. Все-таки он тоже меня хочет, зараза! Провожу ладошками по стволу, чувствуя, как тот довольно быстро твердеет. Мягко, но настойчиво привожу Льва в полную боевую готовность, достаю из тумбочки резинки и смазку, раскатываю все это по его орудию и, не давая любовнику опомниться, подтягиваюсь и сам насаживаюсь на него. Получилось резковато и довольно болезненно.
– Тише, куда спешишь? – мягко шепчет хищник. И снова гладит по бедрам, успокаивая.
С трудом справляюсь с проступившими слезами, занавешиваюсь волосами и начинаю медленно раскачиваться. Пусть больно. С ним вначале всегда немного больно. Зато потом. Постепенно ускоряюсь. В голове каша, внутри пожар. Как же хорошо! Упираюсь ладошками в могучую грудь. Мой Лев, сильный, здоровый, мой!
– Замри, – хрипит подо мной любовник.
Замираю, хватаю ртом воздух, пытаюсь сфокусировать взгляд. Черт, опять мутит… Лев очень аккуратно, не выходя, переворачивает меня на спину и целует.
– Хочу быть ближе, – шепчет мне в губы и снова толкается.
Вскрикиваю от удовольствия, вцепляюсь ему в шею и просто тону от кайфа. Не переживу, если он уйдет. Не отпущу. Буду бороться до последнего вздоха, но не отпущу!
– Люблю тебя, Лев. Люблю, – скулю между толчками.
А мой любовник замирает на секунду, напрягается всем телом, но снова расслабляется и продолжает вбиваться. Всего секунда, но ничего больнее в жизни не испытывал. Не любит!
Часть 12
***
Стараюсь сдержать тяжелый вздох и отворачиваюсь от хищника.
– Тебе плохо? – тут же реагирует Лев.
– Мутит. Я посплю, ладно?
– Спи, – нежно убирает с моего лица волосы и целует в висок. – Я рядом.
Вот зачем он такой? Такой разный. Две недели холодного игнора и такая нежность сейчас?
– Лев, чего ты хочешь? – тяну в подушку.
– Прямо сейчас или вообще?
– И сейчас, и вообще.
– Сейчас хочу спать. Без обид, но мне завтра на работу, а вообще – хочу мороженого.
– Какого мороженого? – от удивления резко разворачиваюсь к нему лицом.
– Фисташкового, – улыбается хищник. – Никогда его не пробовал. Я в детстве мороженое редко ел. Может, сходим завтра в кафе, попробуем?
– Причем здесь мороженое? – смотрю на Льва в полном недоумении.
– Просто хочу поесть с тобой мороженого. Две недели почти не виделись.
– Ты же сам меня игнорил!
– У тебя диплом был. Тебе нужно было сосредоточиться, вот я и не мешал. А теперь ты парень свободный, можно и погулять, – львячья лапка шаловливо находит мою ягодицу под одеялом и чуть сжимает ее.
– Так это из-за меня? – нависаю над Царем зверей.
– Ну, не из-за меня же, – не прекращает лыбиться гад. – А ты что подумал?
