– Ну наконец-то! – едва нога Джинни коснулась последней ступеньки, из-за прилавка раздался недовольный голос Нормана.
Она свернула в зал кофейни и покраснела под его неодобрительным взглядом. Неужели ее уже застукали? Поцелуи Логана пылали на ее коже? Ощущения были именно такими.
Она расправила плечи:
– Угодила под дождь на фермерском рынке. Пришлось переодеться.
Ощущение от прикосновений пальцев Логана к ее животу грело под сухой рубашкой.
Старик прищурился.
– А я тут один со всем этим народом и без света! – Норман возмущенно фыркнул.
Джинни взглянула на небольшую промокшую и относительно спокойную толпу и едва не закатила глаза:
– Похоже, вы отлично справляетесь. Спасибо, что выручили.
Норман пропустил комплимент мимо ушей и продолжил:
– Нельзя открывать холодильник, пока не включат электричество, иначе лишимся всех скоропортящихся продуктов.
– Поняла. – Джинни показала ему большой палец и сняла фартук с крючка возле кассы. – Хорошая мысль. А еще нужно забрать стол и кувшины, когда закончится гроза. Мне пришлось бежать и все бросить.
Ответом ей стал очередной недовольный взгляд.
– Что-то еще, Норман? – весело спросила Джинни, решив, что лучше бороться с его сварливостью позитивом. С Марвином это тоже всегда срабатывало. Джинни с удивлением почувствовала, как сердце екнуло от грусти при воспоминании о прежнем начальнике. К счастью или нет, они долго проработали вместе, и мысль о том, что она больше никогда его не увидит, внезапно показалась нереальной.
Тут в лице Нормана что-то изменилось. Едва заметный румянец? Неловкость? Смущение?
– Ты говорила с тетей? – спросил он, усердно вытирая прилавок и избегая взгляда Джинни.
Она оперлась бедром о стойку. Любопытно. Возможно, Хейзел права насчет Нормана. Быть может, он и впрямь неравнодушен к ее тете. Может, он по ней скучал. От этой мысли она слегка оттаяла. Бедный старик.
Она изучающе посмотрела на него. На вид Норман был вполне привлекательным. Она склонила голову набок. Можно даже сказать, что он выглядел по-своему мило в рубашках и вязаных жилетах, которые носил каждый день. Очки в темной оправе тоже смотрелись незаурядно, и у него сохранилась густая шевелюра с сединой на висках. Тетушка Дот точно могла выбрать кого похуже.
– Да, вчера с ней разговаривала.
Если бы Джинни не всматривалась в него, то не заметила бы этих мельчайших деталей. Как он замер с тряпкой в руках. Как чуть наклонился, будто хотел быть поближе к каждому слову о Дот.
И правда любопытно.
– Она спрашивала, как идут дела, и я все ей рассказала. Сообщила, что вы очень помогли мне освоиться.
И тогда Норман сделал нечто, совершенно ему несвойственное. Он улыбнулся. Джинни впервые увидела его улыбку с тех пор, как приехала, а потому чуть не упала от удивления.
– Она прекрасно проводит время на Сент-Томасе. Занимается подводным плаванием и виндсерфингом. На днях даже пробовала скоростной спуск по тросу.
Улыбка стерлась с лица Нормана. Ага! Подтверждение! Все ясно. Его ворчание было не для Джинни. Он просто скучал по тете Дот. Даже немного мило.
– Что ж, ей стоило лучше тебя обучить, прежде чем сбегать, – сказал Норман, в последний раз протерев прилавок, и ушел в подсобку, бормоча что-то про перерыв.
Ладно. Не очень мило.
Джинни облокотилась на стойку, наблюдая, как за окном льет дождь. Смелая парочка решила выйти из кафе и добежать до своей машины. Джинни проводила их взглядом. Теперь в заведении остались только она, пожилой мужчина, сидящий у окна в огромных наушниках и с воскресной газетой на коленях, а еще группа школьников, которые пережидали дождь, попивая латте. Прекрасная компания для ненастного дня.
Разговор с тетей прошел хорошо. Джинни с радостью рассказала Дот, как идут дела, и ей было приятно увидеть родное загорелое лицо и висячие серьги в форме ракушек на весь экран. Вспоминая беседу, Джинни кое-что поняла. Тетя странно отреагировала, когда она упомянула Нормана. Ответила коротко, почти сразу переведя разговор на очередной заплыв с маской.
Джинни достала из-под кассы книгу и погладила полуголого фермера на обложке. Вполне возможно, что она почерпнула из этого романа слишком много идей. Но она была уверена, что между тетей и Норманом что-то есть.
Джинни открыла новую главу, надеясь, что фермер наконец-то признается доярке в своих чувствах. Ей некогда было беспокоиться о Нормане и Дот.
Нужно думать о собственных тайных отношениях.
Наступил вечер первой викторины в пабе Салливана, и Ноа настоял, чтобы они пошли. Так и сказал:
– Ну давай, приятель. Нужно, чтобы твой большой прекрасный мозг помог мне победить!
На что Логан ответил, что его мозг не был ни большим, ни прекрасным и выиграть им точно не светит. Но все же пошел.
Беда в том, что ему нравился Ноа. Особенно нравилось, что он рос не в Дрим-Харборе и плевать хотел на пропавшего отца Логана или покойную мать. Даже пропустил фиаско на зажжении рождественской елки и относился к нему как к обычному парню. А еще Ноа болтал так много, что Логану можно было и не разговаривать. Идеально.
