– У тебя отличное печенье, спасибо, я поеду. Мне пора в центр, в отель. Я столько всего узнал сегодня, надо осмыслить все это. Якобсен попрощался со стариками и отправился к своему форду. Он сел за руль и включил зажигание. Фары осветили пустой переулок. Адриан вырулил на шоссе и повернул направо, в сторону центра. Он заправил машину и ехал по вечернему городу еще двадцать минут, прежде чем оказался у Скандик Ставангер Сити. Отель этот ему посоветовала мать, а ее мнения Якобсен прислушивался. Девушка на ресепшене предложила ему сингл на четвертом этаже с видом на город, и он согласился. В номере было все довольно просто и аккуратно оформлено. Мебель из ИКЕА, но не массовая дешевка. Хорошие полы из настоящего дерева, удобная кровать. Может, стоило остаться тут дней на пять? Там, в Осло, Эйрик и сам сделает все как надо. Адриан распаковал дорожную сумку, достал пижаму, повесил в шкаф рубашку и галстук, которые ему помогла выбрать Марика. На часах уже было полседьмого, и желудок напомнил, что неплохо было бы поесть. Якобсен спустился в ресторан. Ужин только начинался, но несколько пар уже сидели за столиками. У раздатка следователь взял вареный картофель, большой хорошо прожаренный шницель, салат из овощей с зеленым соусом. Официант предложил напитки и Адриан заказал бокал белого вина. День завершался, и неплохо: многое прояснилось. Утро следующего дня решено было потратить на осмотр достопримечательностей, к своему стыду, в Ставангере ему не приходилось бывать, а тут было много всего интересного. Визит к Ульрику и Бьорну он отложил на послеобеденное время. Вернувшись в номер, он набрал номер Торгвальда.
– Привет, Адриан, как хорошо, что ты позвонил. Как твои дела?
– Отдыхаю в хорошем отеле после поездок по заснеженному городу. Был в школе, где учились Курт и другой наш знакомый. Надеюсь, вы присматриваете за ним?
– Спрашиваешь! За ним со вчерашнего утра ходят. Он никуда бежать не собирается, работает как раньше, абсолютно спокоен.
– А что там наш страховщик?
– Трясет Стига Кеплера и главного бухгалтера. Проверяет счета, чеки, и все такое. Сдается мне, он подозревает их в мошенничестве и небезосновательно. Но к нашему делу это имеет лишь косвенное отношение, они никак не могли сами организовать ограбление. Линдхольм искренне жалеет, что с тобой все так приключилось.
– Мне как-то до его жалости дела нет. Лишь бы не мешал. Поговорив с людьми о школьных годах наших “друзей” я много всего интересного услышал. Завтра вечером собираюсь к школьным приятелям Курта. Визит вежливости, так сказать.
– Ты думаешь, они станут с тобой говорить?
– Я попробую их убедить.
– Должен тебе сказать, что Хильде напала на след препарата, точнее на людей, у которых он был или еще остался.
– Надеюсь, вы не спугнете птичку.
– Нет, есть надежный план.
– Этого я и боялся. Ну и в чем же он заключается?
– Под видом журналистки, которая пишет статью об африканских животных и проблемах заповедников, она посетит особу имеющую отношение к препарату, разговорит ее и выяснит что-то о её связях. Мы предполагаем, что утечка транквилизатора произошла из её запасов..
– Слишком сложно! Хильде неопытна и засыпется в два счета.
К тому же, она ничего не знает о диких животных. Если эта дама связана как-то с преступниками, констебль рискует жизнью. Отмени этот поход!
– Носорог уже утвердил ее, а ты же знаешь, с ним бесполезно спорить.
– Придумай чего-нибудь. Ты будешь расхлебывать ситуацию, а не Гроберг, включи интуицию, что она тебе говорит? Пусть Хильде лучше заболеет, возьмет три дня отпуска, перенеси встречу по инициативе подозреваемой. Этот “надежный” план опасен.
– Слушай, Якобсен, ты отстранен. Я не могу выполнять твои капризы! Я даже не могу при начальнике сослаться на твои умозаключения.
– Ладно, поступай, как тебе вздумается. Ты все мне рассказал? Тогда до завтра. Адриан положил трубку и подошел к окну. Ночной город пестрел огнями рекламы. Было уже девять вечера и очень хотелось спать. День следователя начался рано, и разговор с Эйриком отнял немало сил. Он прилег на кровать и начал обдумывать ситуацию. Потом встал и снова позвонил Торгвальду.
Основательно пообедав после утренней прогулки по городу, Якобсен снова проделал путь в Форус и остановился рядом с заброшенным стадионом. По другую сторону улицы виднелась местами покрытая снегом пустошь. Частных строений, отгороженных от неё забором, было немного, и по адресу, указанному Грете он быстро нашел дом Бьорна. Вот только живет ли он по-прежнему с родителями? Прошло почти десять лет. Адриан нажал кнопку на воротах. Где-то вдалеке блямкнул электронный звонок и скрипнула входная дверь.
– Кто там? – раздался мужской голос.
– Адриан Якобсен, полиция Осло.
– Заходи.
Щелкнул электромагнит, и калитка открылась. На пороге дома Якобсен увидел мощного парня лет тридцати.
– Бьорн Йохансен? – уточнил детектив.
– Это я. Что нужно?
– Нужно просто поговорить, лучше без свидетелей.
