— Ну как, не жалеешь, что согласилась на это? — спросила я у Оли, когда мы наконец сделали привал у одинокого дерева. Мы сидели на покрывале и уже доедали захваченный мною провиант.
— Нет. А где мы? — восхищенно оглядываясь с набитым ртом спросила Оля
— А считай, что в прошлом, — загадочно ответила я
— как это? — удивленно воскликнула Оля, а Горж улыбнулся ее азарту и подсел ближе
— Вот оглянись. Что ты видишь?
— Дерево, траву…
— А чего ты не видишь? — спросила я. Оля пожала плечами и обернулась к Горжу-Григорию с вопросительным взглядом
— Подумай, — ответил он, кажется, он понял, о чем я
— Не знаю, — пожимая плечами и, наверное, в сотый раз оглядываясь, ответила Оля, — пусто здесь как-то…
— Теплее… — намекнул Горж
— Машин нет, — радостно воскликнула девочка, потом подняла голову в небо, — а там только птицы!
— Вот так выглядела наша земля несколько столетий назад. Иди сюда, — Оля подползла ко мне, я прислонила ее спину к себе и показывая вперед начала рассказывать, — Вон от туда, ехали повозки, а на них чумаки с солью, а вон от туда на конях гарцевали красавцы казаки, — показывая в разные стороны, говорила я, — А вон там была деревня и по вечерам девушки собирались вместе и вышивали, ткали и пели песни. Может быть, на этом самом месте когда-то везли персидскую царевну, эхо от соприкосновений ее серьг разносилось по всей степи… — я подняла глаза на Горжа и заметила, что он внимательно слушает мой рассказ, я улыбнулась ему, и он улыбнулся мне в ответ.
Домой мы вернулись поздно, уставшие, но счастливые. Оля бегала по степи, представляя себя то чумаком, то лихим казаком, то персидской царевной, а сейчас мирно спала на руках Горжа. Заснула она еще в автобусе, а Горж перенес ее в дом.
— Кажется, завтра вам опять придется ехать с нами, — шепотом заметила я, когда мы выходили из комнаты Оли
— буду только рад.
— Отлично, завтра я покажу вам оазис
— оазис? Но здесь же не пустыня, — воодушевленно спросил Горж, кажется, мне удалось отвлечь его от ненужных мыслей.
— завтра и узнаете, — загадочно ответила я.
— Ну, как? Поверили? — самодовольно спросила я у Горжа на следующий день.
— Действительно. Такая тишина и так близко от города… — пробормотал он оглядываясь. Я отвела их в одно место почти на окраине города. Но там было так тихо, что казалось мы где-то очень далеко от всей этой шумной и беспокойной цивилизации. Вокруг были только деревья и пели птицы. Оля уже начала взбираться по деревьям. Сплошная энергия, а не ребенок. Все как всегда испортил телефон.
— Правду говорят, благодать когда нет ни одного телефона, — пробормотала я, — Извините, — отходя, сказала я и ответила на телефонный звонок. А с той стороны трубки услышала истерику одной из своих знакомых, — Что случилось? — обреченно спросила я, но истерика все еще продолжалась. В итоге я не выдержала, — Тихо! Успокоилась, а теперь спокойно и еще раз.
Злости не хватает! Из-за этой истерички у меня такой день испорчен! Я выслушивала сопливую историю, а в это время Оля все еще лазила по дереву, а я из далека наблюдала за ней. Оля что-то говорила Горжу и оступилась. Я даже не успела испугаться, протекция сама каким-то образом сработала, когда я выставила вперед руку. Оля гораздо медленнее начала падать, Горж уже подскочил к дереву, чтобы поймать ребенка. Я действовала неосмысленно, просто мне захотелось, чтобы она спланировала к нему на руки и рукой провела ее приблизительный маршрут от дерева до рук Горжа. Оля в точности его повторила и преспокойно спланировала на руки Горжа…
Я была в шоке.
Горж поставил ребенка на землю и удивленно на меня посмотрел, хотя скорее не удивленно, а ошарашено. Видимо я выглядела не лучше…
— послушай, главное успокойся и спокойно обо всем подумай, а я тебе перезвоню, — сказала я в телефон и отключила связь. Я быстро подбежала к Оле, — Вот, шельмочка! С тобой все в порядке? Оля? — а та уже что-то мастерила из палочек.
— Дэла, — позвал меня Горж, я подошла ближе и он продолжил, — Вижу ты совсем освоила Протекцию.
— Похоже на то…
— И давно так можешь? — что-то в его голосе было странно, как будто он меня в чем-то осуждал
— Не очень, — осторожно ответила я
— Раньше ты сознание теряла, впрочем и другие тоже. Именно поэтому Протекция опасна.
— Я уже не теряю сознания, — я чувствовала себя как провинившейся ребенок
— Я заметил.
— Такое ощущение, что я перед вами виновата, — не выдержала я наконец
— Ты ведь на злость опираешься, я прав? Почему?
— Обижали много, — чувствуя, что опять начинаю злиться, ответила я
— Такую еще больше будут
— Зато я стала сильнее, и мне не так больно, — не знаю почему, но где-то внутри зашевелилось чувство вины
— будь осторожна. Злость подобна яду, в малых дозах — безвредна и даже в некоторых случаях полезна, но в больших дозах она убивает, и не всегда быстро. — Серьезно сказал Горж. Он вернулся к Оле, оставив меня один на один с моим размышлениями.
