Я не выдержал и снова прильнул к окну. Только пустая улица: ветхие дома, грязная дорога. Народ здесь не очень любил гулять.
- Это совсем другая опасность. Возможно, она касается всего города… Ты слышишь? - резко спросил я.
Она тоже подошла к окну.
- Кажется…
Звуки изменились. Я услышал звук взрыва, грохот. Поднялись крики. Сначала они были далеко, но быстро приближались. Значит, я был прав! Одно дело - почувствовать что-то, притом не совсем ясно как, совсем другое - стать непосредственным участником.
- Что это?… - выдохнула Алента.
- На город напали. Нам нужно бежать.
- Напали?… - Вот теперь она занервничала. - Но как?… Кто?… - Она старательно пыталась что-то разглядеть в окно. Ее взгляд устремился куда-то выше - поверх крыш домов… - Смотри!
Я посмотрел туда же, куда и она. Над городом поднимался густой черный дым. Удивительно, как быстро занялся пожар. Я попытался припомнить, что Ирвин рассказывал мне про кочевников. Маги… были ли у них маги?… Да, точно. Маги были, но довольно мало, и участвовали они только в самых крупных походах.
Алента опустилась на лавку.
- Нам надо бежать из города, - сказал я ей, взяв за руку. Не так давно мне уже доводилось испытывать большие потрясения. Паника где-то внутри меня истово боролась с хладнокровием. Победить пока никто не мог. - Они не станут захватывать город. Возьмут все, что смогут. Остальное - сожгут.
- Они?… Но кто это может быть? Мы ведь не на границе…
- Это кочевники. Либо Трихра, либо Данхара. Скорее второе.
- Но ведь Локт… - Хорошо, что она думает. Значит, просто испуг, а не потеря рассудка.
- …могли и обойти, - закончил я за нее. Кочевники обычно нападают только на границу, но вполне могли добраться и досюда, если они собрали достаточно сил.
- Но что же делать?
- Бежать, - повторил я. - Хотя бы отойти от города. Вряд ли они станут обыскивать окрестности.
Ударил еще один взрыв. Он был слышен гораздо отчетливее. Еще далеко, но уже на подходе.
- Еще какое-то время у нас есть, - не очень уверено произнес я, - тебе нужно что-то собрать? Не уверен, что мы сможем вернуться.
Она бросилась собираться. Так ей было легче бороться со страхом.
Кочевники большую опасность представляли для тех, кто владел чем-то ценным. Бежать сразу было не обязательно. Для нас с Алентой был больше опасен пожар.
Прошло около минуты. Я не отходил от окна, посматривая то вправо, то влево. Тешил себя надеждой, что все еще может обойтись…
- Алента, сядь к стене, чтоб тебя не было видно из окна, - произнес я, - кажется, кто-то едет.
Я услышал стук копыт. Не со стороны северных ворот, откуда было совершено нападение, а с противоположной, где пока что было тихо. В принципе это мог быть кто угодно, но стук копыт… Он сразу ассоциировался с кочевниками.
Я всмотрелся в ту строну, чуть высовываясь из окна… Да, конечно это были кочевники.
- Нет, ну ответь мне, что ты за идиот? - Атук покровительственно посмотрел на спутника. Вообще-то кто-нибудь другой на месте Таквы за такое обращение вполне мог бы вспороть бы Атуку живот, и был бы прав, но случай был не тот. Атук специально подбирал себе напарника так, чтобы в случае чего с ним было легко справиться и сабли, и хитростью. - Зачем, по-твоему, мы пошли через задние ворота? Зачем, по-твоему, мы вообще в город приперлись?
Атук выжидательно посмотрел на спутника. Тот напряженно думал.
- Для идиотов объясняю наглядно, - решил смилостивиться над ним Атук. - Во-первых, - для наглядности Атук стал загибать пальцы по одному, - если бы мы вместе со всеми пошли через главные ворота, то арбалетный болт под сердце от какого-нибудь не в меру ретивого стражника, думаю, тебя мало бы порадовал. Кишки бы ему, конечно, выпустили… потом, но сомневаюсь, что от этого у тебя затянулась бы дырка в груди.
- Но ведь теперь город без нас разграбят, - очень грустно произнес Таква.
- И много ты увезешь на своей лошадке?
- Нет… но разве мы не за этим приехали?
- За этим. Но если нельзя увезти много, то что это значит?
- Что? - Таква недоуменно уставился на друга.
Да, в отличие от Атука, который считал Такву балластом, тот думал совсем наоборот. Хотя ножа в спину при случае для друга тоже бы не пожалел.
- То, что брать нужно самое ценное, - наставительно произнес Атук.
- А я о чем говорю: без нас же разграбят!
- Нет, ты все-таки идиот. Самое ценное - это не драгоценные безделушки и серебряная посуда, а рабыни, молоденькие такие… За одну можно до двух-трех десятков золотых выручить, а за серебряный подсвечник тебе свои же брюхо вскроют.
Какое-то время Таква молчал, потом все же ответил:
- Тогда вообще не надо было в город переться. Мы же с тобой мимо крестьянских избушек ехали, там и надо было отовариваться.
Атук с удивлением взглянул на «друга». Таких мудрых мыслей он от него не ожидал. Атук сделал себе заметку получше за ним присматривать.
- Можно, но тоже не самый безопасный способ. Забыл, как Кемай прошлой весной вилами в живот получил? Не-ет, - протянул он, - вот эта улочка как раз то, что нам нужно. Уверен, в каком-нибудь из этих домиков мы найдем, чем поживиться.
- И как ты определишь, в какой именно дом нам надо?
