— Чтобы завтра был на работе без опоздания. Как всегда, Кларк беспечно махнул рукой и на прощание бросил:
— Заметано, братишка!
И все же после знакомства с Карлой Кларк несколько изменился. Он вовремя стал приходить на работу и лишь иногда просил небольшие суммы в счет будущего жалованья.
Он вспомнил Лотту. Лотту, которая стремилась переехать в его огромную квартиру, которая добивалась от него прочной связи… Лотта, красивая, капризная, требовательная. Деловая женщина, прирожденная модель… на которой он не хотел жениться. У него уже была жена, с которой они наслаждались жизнью, пока Марк работал пилотом. Тогда жизнь состояла из путешествий, секса и денег. Этот брак распался, когда Марку пришлось возглавить «Уайтхед тракинг»…
Он представил себе Лотту, днями и ночами сидящую у его постели, как это делала Карла, шепотом возвращающую его к жизни, заставляющую вернуться с того света…
— Дорогой, я приду, когда тебе станет легче… Понимаешь, люди ждут! Предстоит компания по рекламе косметики, и мне нужно обсудить с агентом маршрут поездок…
Марк повернулся на скрип двери и увидел незнакомку.
— Ну, теперь вы как картинка! — улыбнулся доктор Бартон, прикреплявший к спинке кровати график состояния больного. — Удачный был день?
— Спасибо, просто чудесный. Но я не могла дождаться вечера, чтобы поглядеть на этого парня! — Любимый нежный голос обволакивал его, звучал совсем рядом… Она присела на кровать и слегка обернулась к Марку. — Вот только я потеряла очки…
— Честно говоря, Карла, я бы не узнал вас. Карла? Карла?
Он рванулся вперед; кровать заскрипела, пальцы стиснули простыню. Когда его потрясенный разум сумел связать воедино родной голос с внешностью сидевшей рядом женщины, Марк с трудом проглотил комок в горле.
Карла?!
— А тем временем наш Кларк перешел от повязки к темным очкам. Дорогая, на время вам придется с ними примириться. Еще неделя — максимум десять дней — физиотерапии, и ваш муж сможет выписаться, чтобы начать свой медовый месяц…
Так эта женщина и есть Карла… Она не имеет ничего общего с его воспоминанием. Ее фигура может заставить плакать любого мужчину. Под небесно-голубой хлопчатобумажной майкой виднелись такие округлости, что оставалось только мечтать трогать их, ласкать руками и языком, ощущать их нежное прикосновение к собственной мускулистой груди.
— Карла, я оставлю вас, но сначала покажу кое-какие данные. — Доктор Бартон жестом указал на график. — Посмотрите, как быстро продвигается лечение.
Когда Карла остановилась в изножье кровати, Марк не дыша уставился на ее обтянутые джинсами бедра и стройные голени.
Не подводят ли его глаза? Может, во всем виноваты темные очки?
Он отчаянно заморгал, потер лоб и снова посмотрел на женщину. Никакого обмана зрения. Это действительно она.
Черт его знает… Наверное, у него очень давно не было женщины, если от этого туманного видения по телу Марка тут же побежали любовные мурашки.
— О'кей, я вас оставляю. — Доктор Бартон поднял руку. — Ким поведет вас на физиотерапию в девять тридцать, так что выспаться успеете.
— Ничего себе! — В низком голосе Марка звучала насмешливая нотка. — Я в первый раз вижу жену, а вы считаете, что мне следует спать?
— Совершенно верно. — Доктор коротко хохотнул. — Так или иначе, мистер Уайтхед, но сегодня крепкий сон вам обеспечен. — Дверь тихо закрылась, и они остались наедине.
— Рад видеть тебя. — Марк не кривил душой: он любовался ее блестящими волосами, в которых светлые пряди чередовались с темными, ее застенчивой улыбкой и изгибами тела, за которые можно было отдать жизнь.
— Хотела бы я сказать то же самое, — ответила Карла, ставя локти на кровать и опираясь подбородком на ладони. — Я потеряла очки. Надеюсь, когда-нибудь мы все же сможем одновременно разглядеть друг друга. — Тон был печальный, но в ее глазах цвета морской волны плясали озорные искорки. Легкий аромат ее духов сводил с ума.
Марк инстинктивно притянул к себе голову Карлы, крепко обнял ее и прижался губами к губам… Это ощущение было не только потрясающе чувственным, но и совершенно новым… Ошеломленная Карла отодвинулась и провела пальцем по его влажной нижней губе.
— Ты все еще хочешь дождаться выписки? Губы Марка тронула усмешка.
— Может быть, я ошибаюсь, — сказал он, прекрасно зная, что правда на его стороне, — но так будет лучше.
А потом все пошло наперекосяк. Он не знал, сколько времени целовал ее, гладил восхитительные упругие выпуклости; лишь когда разум был готов окончательно помутиться от желания, Уайтхед понял, что они движутся той же дорогой. Карла — женщина Кларка, Марк не имеет права прикасаться к ней. Нужно сейчас же остановиться!
Он напрягся изо всех сил, стараясь восстановить контроль над своим телом и не замечать, как Карла в священном страхе трогает свои губы.
— Уайтхед, — прошептала она, — это было невероятно…
