Однако благодарность за спасение пересилила во мне страх, и я дрожащими руками принялась печатать ответ.
«Да».
«Хорошо, тогда до завтра».
Я вскочила с кровати и начала нервно ходить из стороны в сторону.
— ААА! — я схватилась за голову, осознав, что не представляю, какие парни мне нравятся.
— Майя? — ко мне заглянула слегка взволнованная мама. — Всё в порядке?
— Нет!!! Не в порядке!
— Что случилось, дорогая?..
Я испуганно уставилась на маму, которая вечно угрожала мне пожизненным домашним арестом, если у меня появится парень, при этом ругая на чём свет стоит за то, что я слишком зажатая и поэтому у меня никто и никогда не появится.
— Кажется… — чуть ли не шёпотом начала я. — Кажется, мне хотят в любви признаться… И я… Я не знаю, что мне делать…
Я поджала губы и уставилась на маму со смесью надежды и страха.
— ДОЖИЛИ! Не знает она! — сердито посмотрела на меня мама. — Я скажу, что тебе надо делать! Быстро пошла на кухню! Я буду учить тебя готовить борщ!
— Что⁈ Зачем⁈
— Чтобы мне не было стыдно перед свекровью!
— Да какой ещё свекровью⁈
— Ничего по хозяйству не умеет делать… — недовольно покачала головой мама. — Родители этого мальчика подумают, что мы тебя вообще не воспитывали!
— Ну мааам, на дворе уже не…
— Не мамкай мне! — перебила меня она. — Быстро надела фартук и достала кастрюлю!
В свою комнату я вернулась лишь через три часа, поужинав водянистым борщом и обгорелыми пирожками, приправленными воздыханиями моей мамы о том, какая из меня непутевая хозяйка.
Идя по тропинке густого леса на севере Эльдии, я заканчивал пересказывать Вэйну, как Эд своей импровизацией запорол нашу с Майей дуэль.
— Да-а-а… — протянул маг. — И она просто сбежала?
— Ага, — улыбнулся я, — с горой лута.
— И что будешь делать?
— Ничего. Пусть этот идиот сам теперь разбирается.
— А сражалась-то она хоть нормально?
— Лучше, чем ожидал, — кивнул я. — И даже не попыталась сбежать.
— Эх, жаль, что я пропустил такое, — вздохнул Вэйн. — А больше у вас в школе никого не нашлось?
— Может, и нашлось, но они не записались к Эйнштейну.
— Хотел рассказать кое-что интересное… — начал я.
— Ммм?
— Записалась к нам одна девушка-некромант… И она 43 уровня.
— Это ж невозможно.
— Вот-вот. Есть идеи, как ей удалось?
Волшебник хмыкнул и призадумался.
— Может, она призывает что-то слабое и не требующее большого запаса маны, но система все равно засчитывает это за верховную нежить? — предположил я.
— Сомневаюсь… — пробормотал Вэйн. — Я думаю, игроки за это время уже напризывали все возможное из фольклора и фэнтези.
— А может, она придумала свою собственную нежить? Крайне слабую, но с условием, что эта нежить, например, верховный лич?
— Уже пытались, но оказалось, что в Хрониках звание нежити напрямую зависит от ее силы. Если призвать что-то слабое, то оно не будет считаться верховным.
— То есть она точно призвала что-то сильное?
— Да, — кивнул он, — уровня уникального монстра или даже выше.
— Интересно…
Какое-то время мы продолжали идти по лесу молча, пытаясь разгадать секрет Леры, пока не дошли до ущелья, за которым начиналась горная гряда.
— Давай здесь, — предложил я.
— Давай, — кивнул он.
Подойдя к одному из валунов, я вонзил в него Драконоборца практически до рукоятки. Вэйн же достал посох и начал ходить вокруг камня, рисуя им на земле большую красную руну.
— Подбросишь? — спросил я, когда волшебник закончил с руной.
