– Маркус, тебе лучше уйти. Предупреждаю, уйди.
Маркус сначала тупо смотрел на него, затем он расправил плечи, и лицо медленно наливалось кровью, набухало и искажалось, как в карикатурах. Оно смиряло каждого взглядом, словно пуля оставляла дырку в голове, сквозь которую можно было увидеть эти позолоченные золотом мозги.
Он смял листы с речью, кинул к ногам фрау Розенберг и ушёл.
На следующий день Маркус получил письмо и приложенный к нему конверт. Раскрыв его, он прочитал следующее:
«Привет, Марк. Я пытался их там уговорить, но никто не хочет принять тебя обратно. Давид просто тебя ненавидит, говорит, что ты испортил ему репутацию.
Мне очень жаль тебя, правда. Может, сегодня в 15:00 зайдёшь в гости?
Вчерашнее выступление прошло нормально, без каких-либо происшествий. Деньги я получил, но они мне не нужны.
Они в этом конверте, и они по праву принадлежат тебе.
Клаус Т.»
Маркус перечитал письмо дважды, и только затем раскрыл конверт, где крупной пачкой лежали 2000 марок.
Он их долго держал в руках, а потом переложил их в банку.
Через два дня наступил день рождения Люизе. После поздравления мужа и завтрака, она перебирала почту, пока не заметила бандероль и приложенное письмо. Сначала она раскрыла бандероль и увидела… маленькую потрёпанную книжку.
Она раскрыла её и поняла, что это «Свод законов Отечества» 1912 года выпуска. Долго она смотрела на него, затем раскрыла письмо.
Это от Маркуса!
Руки её задрожали.
«Дорогая Люизе,
Поздравляю тебя с днём рождения! Тебе уже двадцать один – такая большая!.. И я хочу подарить тебе эту книжку. Помнишь её? Я же ведь хотел стать адвокатом и купил её у нашего соседа за двенадцать пфеннигов.
Ох, славные времена… Тогда же ведь родители полноценно работали…
Извини за такую скромность. Денег от феминисток из-за одного человека я не дождался. Он сказал фрау Розенберг, что я даже обычную школу не закончил, ну она и подумала: если бедняк прочитает лекцию обществу, что это даст? Думаю, ты знаешь, кто ей так про меня сказал.
Но теперь это неважно: что было, то прошло… верно?»
