- Бедным его назвать трудно. Паек номенклатурного работника, вроде Огольцова, включал продукты питания в количествах, достаточных для прокормления десятка простых трудящихся. Мы действительно отвлекаемся, но это необходимо, чтобы понять обстоятельства, в которых происходили события, так сказать, экспозиция. Итак, на роль второго лица в партии претендовали Жданов и Маленков. Внешне между ними было некоторое сходство, круглые оплывшие лица, кителя-сталинки, только Жданова носил усы. Было ему в то время под пятьдесят, 1896 года рождения, Маленков, на пять лет моложе, растительности на лице не держал, его за глаза звали Маланьей. Биографии у них совсем непохожие. Жданов, старый большевик, в партии с 1915 года, подпольщик, политработник, с 1924 по 34-ый год - секретарь Нижегородского губкома партии, рано примкнул к Сталину, в 25-ом году стал кандидатом в члены ЦК, в 30-ом - полным членом. На Семнадцатом съезде - секретарь ЦК и член Оргбюро, сохранил эти посты, когда поехал в Ленинград после смерти Кирова. Уверенно проводил политику уничтожения врагов народа, но, кажется, не получал от этого удовольствия. По должности должен был заседать в тройке, выносившей огульные приговоры, но посылал взамен себя второго секретаря Кузнецова. После снятия блокады в 1944 году переехал в Москву, возглавил идеологию. Эту сторону Жданова все знают.
- Журналы "Звезда" и "Ленинград", травля Зощенко с Ахматовой...
- Именно. Жданов стал вторым лицом в партии. Он был идейный аппаратчик. Нам сегодня могут не нравиться его проповеди относительно литературы и искусства, но, похоже, он делал это искренне. Имел некоторое образование: реальное училище в Твери, полгода в Тимирязевской академии, 4 месяца в тбилисской школе прапорщиков. В юности учился музыке у самого Александрова...
- Того самого, краснознаменного?