Как я тебя потеряла полностью

Быстро поднимаюсь по ступеням, и у меня перехватывает дыхание, когда я вхожу. Ее определенно не использовали как спальню с тех пор, как я уехала. Тут полно коробок с пометками типа «Фотографии», «Для беременной», но есть и другие, взгляд на которые приносит меньше боли. Две помечены надписью «Журналы», еще четыре – «Универ». Открываю верхнюю из университетских коробок. Внутри лежат три скоросшивателя, набитые лекционными материалами и конспектами. Я знаю, каким правильным был мой бывший муж, зубрилой и ботаном в университете, поэтому меня не удивляет большое количество тщательно собранных материалов и заданий с высокими оценками. Во второй коробке тоже лежат папки с лекциями, и я уже собираюсь перейти дальше, когда вижу дипломы Марка в третьей коробке. Они лежат сверху, все еще в рамках, абсолютно целые, поэтому я не вижу причин снимать их со стены. Достаю их и откладываю в сторону. Под ними фотографии: Марк с друзьями в барах, на различных вечеринках и фестивалях. Много фотографий красивой рыжеволосой девушки; у нее свежий вид, она улыбается. На носу и щеках у нее веснушки, похоже, она вообще не пользуется косметикой. Меня притягивают ее глаза. Они яркого изумрудного цвета, и в них светится такое неподдельное счастье, что я не могу ей не позавидовать, кем бы она ни была. Чем больше фотографий я просматриваю, тем сильнее становится это чувство. На следующих снимках девушка обнимает Марка, моего Марка; вот они целуются на селфи, держа фотоаппарат на расстоянии вытянутой руки, на лицах широкие улыбки. Чем больше фотографий я вижу, тем яснее становится, что это пара влюбленных, но я никогда не слышала про эту девушку. Почему Марк скрывал ее от меня? Если взять это и таинственные деньги, то я совсем не знала своего мужа.

Смотрю на оборот каждого фото, но они не подписаны. Нахожу все новые и новые фотографии счастливой пары. При виде них у меня сжимается горло, начинает болеть сердце, но я не могу остановиться. Девушка на пляже, Марк с рюкзаком одет для долгих пеших переходов; там, судя по всему, жарко. Мне нужно отсюда уходить. Убираю назад фотографии и кладу сверху дипломы. Через десять секунд мне надо отсюда исчезнуть, но тут я слышу, как во входной двери поворачивается ключ.

Джек: 27 ноября 1992 года

Он ненавидел, когда к его обуви прилипала грязь.

Он ненавидел грязь на своей обуви и ненавидел чертов лес. Пусть по лесам ходят медведи и защитники природы, а он не относился ни к тем, ни к другим. В лесах медведи, защитники природы и мертвые тела.

Они оставили ее на краю леса, где были посажены молодые деревца, а гуща начиналась только метров через сто. Идиоты! Занесли бы подальше – и животные могли бы добраться до нее раньше полиции. Ее бы не нашли много дней. Недель, если б эта сука Уитакер не начала волноваться и не сообщила в полицию об исчезновении девчонки.

Он точно не станет ее передвигать, черт побери. Он собирался сжечь свою одежду, хотя даже не прикасался к телу. Жаль дорогой костюм. Проклятье.

Он знал, что приходить сюда не следовало, но он должен был сам все увидеть. В этом мире ни на кого нельзя полагаться. Он не поднялся бы туда, где оказался, если б этого не понял. Нужно делать то, что требуется, и не доверять важные дела слабакам и идиотам, из которых никогда ничего не получится.