Я как раз закончил плановое наблюдение за реальностью №20384, когда объявили об экстренной планерке. Ой, не к добру это. Такие мероприятия у нас проводятся настолько редко, что за мои двадцать три года работы в корпорации, я помню лишь два подобных случая. В первый раз в городе ввели военное положение, и нас всех переместили из основного здания в бункер. Неделю мы света белого не видели. Во второй раз поставили перед фактом что отныне с нами будут работать особи женского пола. Планерка в тот день затянулась часов на десять, объясняли все меры предосторожности. Так что идти туда сейчас не хотелось совершенно, кто знает какая дрянь там ожидает.
Я зашёл в приёмную Босса. Это довольно просторное помещение, почти всю его территорию занимают столы, расставленные овалом. В центре, между столов, уже раскатывал Босс в своём новеньком латунном кресле. Поговаривают, он пол месячной зарплаты за него отдал. Мы все расселись, помимо нас, здесь так же присутствовал весь технический отдел. Босс терпеливо подождал когда утихнут все шорохи и шепот и уже в наступившей тишине начал:
– Это что же такое, товарищи, происходит? – он сделал многозначительную паузу, обвёл всех сидящих буравящим взглядом. Все молчали. – У вас персонаж из под контроля вышел, а вы за пол года этого даже не заметили!
Контроль за персонажами, это работа нашего отдела. Но контроль это слишком громко сказано. Скорее просто наблюдение, потому как вмешиваться в ход событий мы не имеем права. Мы только смотрим, ведём статистику, составляем ежедневные отчёты где указываем изменения психологического и интеллектуального состояния персонажей. Выйти из-под контроля они в принципе не могут, система этого не допустит. Я поспешил озвучить Боссу свои мысли. Он резко подкатил ко мне на своём дорогущем кресле, смачно хлопнул ладонью по столу прямо перед моим носом, и выкрикнул:
– Но он вышел! А вы должны были это увидеть, если бы добросовестно выполняли свою работу. А увидел это я. А не увидел бы, он бы вам через год разнес всю систему в пух и прах! А это, на минуточку, 78 лет кропотливого и упорного труда. Вы хоть представляете, какие деньги вложены в этот проект? Буржуи недорезанные, бездари! Поувольняю всех к едрене фене!
Босс откатился в центр, с минуту сидел молча, затем совершенно спокойно начал раздавать задания. Техническому отделу он поручил выявить и устранить неисправность, нашему было необходимо в кратчайшие сроки отыскать порченного персонажа.
– Всё, разбежались! Иона, останься.
Вот так таак… а это уже совершенно печально. Наедине с подчинёнными он не общается никогда и не при каких обстоятельствах. Я, бледный как сама смерть, остался сидеть на своём месте.
– Иона, ты работаешь у нас давно, отец твой у нас работал, так что доверять кроме тебя здесь некому. Тебе я хочу поручить очень ответственное задание, и оно должно остаться между нами. Тебе придётся войти в программу.
Я похолодел. На моей памяти такого ещё никто не делал, но говорят что обратного пути оттуда нет. Если зайдёшь, то там навсегда и останешься. Минуточку, а меня спросить? А я не хочу, у меня семья, у меня дети.
Босс, увидев как меня перекосило от ужаса, поспешил успокоить:
– Да вернёшься ты назад, не переживай. Это я придумал байку что билет есть лишь в один конец – он встал, подошёл ко мне вплотную – а то знаешь, недоглядишь, а пол компании уже нырнули туда развлекаться. Ну и какие данные мы тогда в итоге получим? Вооот. Весь труд тогда псу под хвост. А сейчас выхода нет другого. Так что жди пока твои его найдут, да приступай. Работать будешь ночью, чтоб лишних вопросов не задавали. Для входа используй код образа персонажа. – он протянул мне смятый листок, испещренный цифрами. – Ну всё, иди. Держи меня в курсе.
Я впервые нахожусь внутри системы. Честно говоря, страшно. А вдруг и правда обратно попасть нельзя, не факт что Босс по этому поводу не соврал. Нужно отогнать эти мысли, во-первых работать мешают, во-вторых нет смысла беспокоиться о том, что изменить я не в силах. Остаётся только надеяться что домой я всё же попаду, и желательно как можно быстрее.
