Она накинула куртку и легко соскочила на снег. Филипп лёг на руль и смотрел, как она помчалась к домику, как развевались её волосы. Он неотрывно смотрел на дверь, мотор Шестисотого довольно урчал, как вдруг раздался звонок телефона. Пока отыскал его среди разбросанных вещей и бумаг, тот не переставал трезвонить, увеличивая громкость.
— Да, Фара, слушаю, — ответил и услышал, как Юля что-то кричала на заднем фоне. Он бросил телефон и выскочил из кабины.
Вбежал в офис. Увидел Жанку белее снега, Фархада, который стоял посреди комнаты с вытянутой вперёд рукой, как бы успокаивая кого-то, а потом он увидел Юлю с протянутой рукой и она что-то сжимала в кулаке, смотрела на свою руку и кричала:
— Зачем ты его снял?! Зачем ты его снял?!
Филипп осторожно обошёл Фару и встал между ними. Её рука так сильно тряслась, что дрожь передавалась по всему телу. Филипп аккуратно дотронулся до юлиной руки.
— Юль, покажи, что там. Разожми кулак, милая, — и с большой осторожностью разжал её пальцы. Она ослабила хватку и он увидел маленький дырявый камушек на шнурке.
— Это — куриный бог, верно, Юль?
— Да, Тимур, — кивнула она, — я его в Крыму нашла и специально привезла для Шестисотого, повесила ему на зеркало, а он лежит в ящике у Фархада… — и тут она подняла глаза и встретилась взглядом с Филиппом и очередное слово замерло налету…
Он крепко держал её за руку. Минуту или две они смотрели друг на друга, не произнося ни слова, в комнате наступила такая тишина, что было слышно, как синичка в кормушке на улице пыталась отковырять что-то примёрзшее. Все застыли.
— Юль, ты всё вспомнила? — негромко задал вопрос Филипп и ощутил, как она пытается высвободить руку. Бледность её лица пугала и он тихо сказал в сторону Фархада:
— Налей коньяк. Немного. Жан, нужен горячий чай.
Жанна тихонечко включила чайник, было слышно, как он зашумел. Фархад подошёл к шкафу, достал бутылку и налил в стакан спиртное.
— Спасибо, а теперь, пожалуйста, оставьте нас.
Фархад снял Жанкину шубу, свою куртку и кивнул ей на выход.
***
Щёлкнул чайник. Они были одни в маленькой комнате и в таком огромном мире. Даже синичка улетела, так и не получив того, что намертво примёрзло к кормушке. Юля смотрела в окно.
— Посмотри на меня, Юль, — тихо-тихо сказал Филипп, делая осторожный шаг к ней. — Иди ко мне.
— Тимур, мне так страшно, — произнесла она и прижалась к нему, обняв.
— Я знаю, девочка моя, но я рядом, не бойся.
Вдруг Юля, оттолкнула его и кинулась в туалет. Её выворачивало наизнанку, но Филипп был рядом и поддерживал её, убирал волосы от лица, обтирал его своими мокрыми холодными ладонями, чтобы хоть как-то облегчить её страдания.
Она прижалась к стене спиной, пытаясь справиться с дыханием.
— Тимур, отвези меня домой, пожалуйста.
— Конечно. Пойдём. Мы поедем домой.
Они вышли. Проходя мимо стоявших под навесом Фархада и Жанны, он знаком показал, что позвонит чуть позже. Фара понимающе кивнул и, потушив сигарету, направился в офис. Жанна последовала за ним, сочувственно глядя вслед. Пока они стояли на улице, Фархад в двух словах рассказал ей кто такой Филипп на самом деле.
Юля с Филиппом сели в машину и выехали с территории базы.
***
Шестисотый занервничал. Что-то произошло, что-то очень серьёзное. Она прошла мимо него, даже не взглянув.
***
Они зашли в лифт, но Юлька нажала на шестой этаж вместо четвёртого. Кабина медленно поползла вверх. Достала связку ключей, нашла нужный и открыла дверь. Вспыхнул свет, в квартире было очень тихо и необычно. Артёмка всегда выбегал Юле навстречу и с радостными криками прыгал на шею. Часто был включён музыкальный канал и квартиру сотрясали современные ритмы. "Любимки", "Алкоголички" всякие. Артёмке нравились эти песни. Но сейчас было тихо, только откуда-то из глубины доносилось чуть слышное размеренное тиканье настенных часов.
Вошли в гостиную. Все привычные вещи были на своих местах. Было такое ощущение, что Светка с Артёмкой куда-то вышли и нужно всего лишь немного их подождать. Юля заглянула в спальню, но заходить не стала. Картинки пронеслись у неё в голове и невольно покраснели щёки Она, не глядя на Филиппа, направилась в детскую. Здесь был хаос из няшностей и мимишностей. Её внимание привлекло что-то зелёное, она присела и подняла с пола осиротевшего зелёного крокодила.
Прижала к груди и не стала сдерживать слёз, почувствовала, как Филипп притянул к себе, как кольцо его нежных, сильных рук окутало её спокойствием и надёжностью. Развернулась и уткнулась головой, а он медленно гладил её по волосам и что-то шептал, и она снова не могла разобрать ни одного слова, но его голос звучал так успокаивающе.
— Может пойдем ко мне?
Юля покачала головой.
— Давай тут останемся, как тогда… Я так устала.
— Хорошо, милая, пойдём, тебе нужно прилечь. Снимай куртку.
