Если ребенок поверит тебе свою тайну, радуйся, потому что его доверие – высочайшая награда. Но не принуждай его к откровенности, у него есть право на тайну; не принуждай ни просьбами, ни хитростью, ни угрозами, все способы одинаково недостойны и не сблизят тебя с воспитанником, а скорее разъединят.
Надо убедить детей в том, что мы уважаем их тайны, что вопрос: «Не можешь ли ты мне сказать?» – не значит «ты должен». Пусть на мое «почему?» он ответит искренне, без уверток: «Я не могу вам этого сказать. – Я вам потом когда-нибудь скажу. – Никогда не скажу».
55. Однажды я заметил, как одиннадцатилетний мальчик подошел к девочке, которую он любил, и что-то шепнул ей. В ответ она покраснела, опустила голову и недоуменно пожала плечами.
Несколько дней спустя я спросил его, с чем он тогда к ней обратился. Никакого замешательства, искреннее желание вспомнить.
– Ах да, я спросил у нее, сколько шестнадцатью шестнадцать.
Я был ему так благодарен – столько он пробудил во мне хороших задушевных мыслей.
Другой раз мне стало известно, что с одной девочкой, когда она шла вечером через сад, случилась какая-то загадочная история. Наши ребята ходят в город без провожатых и в одиночку – это входит в программу воспитания, и отказаться от этого было бы очень жаль. Мы решили удвоить бдительность. Случай в саду меня сильно беспокоил. Я потребовал, чтобы она во всем созналась, припугнув, что иначе не буду пускать одну.
Она сказала, что, когда шла по саду, пролетавшая птичка испачкала ей шляпку: «сделала мне на голову».
Мне кажется, из нас двоих я был более сконфужен.
Будь мы более деликатны по отношению к детям, как часто нам приходилось бы сгорать со стыда за ту нечистоплотность жизни, которую они застали и от которой мы их не в силах уберечь.
56. Тихий шепот признаний подчас бывает шепотом доносов.
Не возмущайся лицемерно: ты выслушаешь доносчика, твоя обязанность выслушивать.
– Он вас ругает, обозвал нехорошим словом.
– Откуда ты знаешь, что он меня ругает?
– Нас много слышало.
Значит, услышал случайно, не подслушал.
– Ну ладно, только зачем ты мне это говоришь?
Смущение: ну сказал и сказал.
– И что ты хочешь, чтобы я ему сделал?
Смущение: не знает, что он хочет, чтобы я тому сделал.
– Ну а знаешь ты, почему он меня ругал?
– Разозлился, что вы…
Суть доноса – ерундовская, цель – неясная. Наверное, думал заинтересовать воспитателя, импонировала мысль, что вот, мол, владеет великой тайной и делится ею со старшим.
– А ты сам не ругаешься, когда злишься?
– Иногда и ругаюсь.
– Не делай этого, это дурная привычка.
Не читай ему нравоучений: может быть, он хотел тебе добра, а если нет, несколько ставящих в тупик вопросов и отсутствие интереса к сообщению – достаточное наказание.
57. Преступная цель: желал отомстить.
– Старшие мальчики говорят разные свинства, и у них какие-то неприличные картинки есть и стихи.
– Какие такие картинки и стихи?
Не знает. Он спрятался и подслушивал. А говорит потому, что такие картинки иметь не разрешается. Он хочет, чтобы этих мальчишек наказали.
– А ты, случайно, не просил показать тебе картинку?
Просил, да они не захотели, сказали, что он мал еще.
– А я могу им сказать, от кого я узнал?
Нет, нельзя: они его побьют.
– Раз ты мне не позволяешь сказать, от кого я это знаю, то я не могу им ничего сделать. Они могут подумать на кого-нибудь другого и побьют его.
Ну ладно, он не боится: поступайте как знаете.
– Спасибо, что сказал. При случае я поговорю с ними, попрошу больше этого не делать.
Я говорю ему «спасибо»: он заметил то, что я сам обязан был заметить. А разговор о том, что месть уродлива, я откладываю на после. На сегодня довольно, он ожидал другого эффекта – выстрел не попал в цель.
58. Дело, может быть, очень серьезное, цель – благая.
«Он был в доме, где скарлатина. – Малыши забиваются в раздевалку и курят, они дом поджечь могут. – Икс подговаривает Игрека украсть. – Зет относит сторожу еду и взамен получает яблоки. – Вчера на улице какой-то господин предлагал девочке пойти в кондитерскую и прокатиться на автомобиле».
Ребенок знает, зачем он это говорит. Заметив опасность или заслуживающий наказания поступок, он колебался, не был уверен, что делать, и вот приходит посоветоваться, потому что тебе доверяет. Ребята рассердятся, будут избегать его, – что ж, ничего не поделаешь. Он свой долг выполнил: предостерег.
Я должен относиться к нему как к товарищу, который помог мне решить трудный вопрос. Ребенок оказал мне большую услугу. А теперь мы вместе с ним думаем, как быть дальше.
Помни, всякий раз, когда к тебе подходит ребенок с чужой тайной, он тебя обвиняет:
«Ты не выполнил свой долг: не знаешь. А не знаешь потому, что ты пользуешься у детей доверием, да только относительным – дети тебе доверяют, да не все».
59. После того как ты узнал, не спеши. Не давай бесчестному доносчику торжествовать: «Я, мол, обратил внимание, я, мол, выполнил важную миссию». Твой долг защитить честного ребенка от мести – вражды. Откладывая обсуждение дела в долгий ящик, ты получаешь возможность, усилив бдительность, заметить все сам.
