В книге шесть сказок о народном уме.
Сказки, которые вы так любите, дошли к нам с незапамятных времён. Народ рассказывал их, передавал от отцов к детям, от дедов к внукам, когда ещё не было письменности, да и потом народ рассказывал сказки, когда уже книги появились, потому что всё равно не умел ни читать, ни писать.
Но тогда учёные люди — собиратели сказок — стали ездить по деревням, записывать сказки, а потом печатать их в книгах.
Русские писатели пересказывали сказки стихами, как А. Пушкин, В. Жуковский, или прозой, как Л. Толстой. По сказке, пересказанной Л. Толстым, названа эта книга.
Из книг собирателей А. Афанасьева, Д. Садовникова, А. Смирнова взяты остальные сказки этой книги.
И великие русские писатели и собиратели бережно хранили драгоценный народный язык сказок, их смысл, их юмор. В сказках живёт и поныне образный, меткий русский язык.
У одного бедного мужика не стало хлеба. Вот он и задумал попросить хлеба у барина. Чтобы было с чем идти к барину, он поймал гуся, изжарил его и понёс. Барин принял гуся и говорит мужику:
— Спасибо, мужик, тебе за гуся; только не знаю, как мы твоего гуся делить будем. Вот у меня жена, два сына да две дочери. Как бы нам разделить гуся без обиды?
Мужик говорит:
— Я разделю.
Взял ножик, отрезал голову и говорит барину:
— Ты всему дому голова — тебе голову.
Потом отрезал задок, подаёт барыне.
— Тебе, — говорит, — дома сидеть, за домом смотреть, — тебе задок.
Потом отрезал лапки и подаёт сыновьям.
— Вам, — говорит, — ножки — топтать отцовские дорожки.
А дочерям дал крылья.
— Вы, — говорит, — скоро из дома улетите, вот вам по крылышку. А остаточки себе возьму!
И взял всего гуся.
Барин посмеялся, дал мужику хлеба и денег. Услыхал богатый мужик, что барин за гуся наградил бедного мужика хлебом и деньгами, зажарил пять гусей и понёс к барину.
Барин говорит:
— Спасибо за гусей. Да вот у меня жена, два сына, две дочки — всех шестеро. Как бы нам поровну разделить твоих гусей?
Стал богатый мужик думать и ничего не придумал.
Послал барин за бедным мужиком и велел делить.
Бедный, мужик взял одного гуся, дал барину с барыней и говорит:
— Вот вас трое с гусем.
Одного дал сыновьям:
— И вас, — говорит, — трое.
Одного дал дочерям:
— И вас трое.
А себе взял двух гусей:
— Вот, — говорит, — и нас трое с гусями, — всё поровну.
Барин посмеялся и дал бедному мужику ещё денег и хлеба, а богатого прогнал.
Жил-был поп. Нанял себе работника, привёл его домой.
— Ну, работник, служи хорошенько, я тебя не оставлю.
Пожил работник с неделю, настал сенокос.
— Ну, свет, — говорит поп. — бог даст, переночуем благополучно, дождёмся утра и пойдём завтра косить сено.
— Хорошо, батюшка.
Дождались они утра, встали рано. Поп и говорит попадье:
— Давай-ка нам, матка, завтракать, мы пойдём на поле косить сено.
Попадья собрала на стол. Сели они вдвоём и позавтракали порядком. Поп говорит работнику:
— Давай, свет, мы и пообедаем за один раз и будем косить до самого полдника без роздыха.
— Как вам угодно, батюшка, пожалуй, и пообедаем.
— Подавай, матка, на стол обедать! — приказал поп жене.
Она подала им и обед. Они по ложке, по другой хлебнули — и сыты.
Поп говорит работнику:
— Давай, свет, за одним столом и пополуднуем и будем косить до самого ужина.
— Как вам угодно, батюшка, полудновать так полудновать!
Попадья подала на стол полдник. Они опять хлебнули по ложке, по другой — и сыты.
— Всё равно, свет, — говорит поп работнику, — давай заодно и поужинаем и заночуем в поле — завтра раньше на работу поспеем.
— Давай, батюшка.
Попадья подала им ужинать. Они хлебнули раз-два и встали из-за стола.
Работник схватил свой армяк и собирается вон.
— Куда ты, свет? — спрашивает поп.
— Как куда? Сами вы, батюшка, знаете, что после ужина надо спать ложиться.
Пошёл в сарай и проспал до света.
С тех пор перестал поп угощать работника зараз завтраком, обедом, полдником и ужином.
Жила-была старуха, у неё сын Иван. Раз Иван уехал в город, а старуха одна осталась дома. Зашли к ней два солдата и просят чего-нибудь поесть горяченького. А старуха скупа была, и говорит:
— Ничего у меня нет горяченького, печка не топлена и щички не варены.
А у самой в печке петух варился. Проведали это солдаты и говорят между собой:
— Погоди, старая! Мы тебя научим, как служивых людей обманывать.
Вышли во двор, выпустили скотину, пришли и говорят:
— Бабушка! Скотина-то на улицу вышла.
Старуха заохала и выбежала скотину загонять. Солдаты между тем достали из печки горшок с похлёбкой, петуха вынули и положили в ранец, а вместо него в горшок сунули лапоть.
Старуха загнала скотину, пришла в избу и говорит:
— Загадаю я вам, служивые, загадку.
— Загадай, бабушка.
— Слушайте: в Печинске-Горшечинске, под Сковородинском, сидит Петухан Куриханыч.
— Эх, старая! Поздно хватилась: в Печинске-Горшечинске был Петухан Куриханыч, да переведён в Суму-Заплеченску, а теперь там Заплетай Расплетаич. Отгадай-ка вот, бабушка, нашу загадку.
Но старуха не поняла солдатской загадки.
