Как нам избежать нищеты полностью

Он взял и засекретил своим решением акты проверки, предоставленные ему для ознакомления и письменных замечаний и возражений. Что сделали тогда мы — Счетная палата? Подали в суд на председателя Центробанка — стали рассекречивать документ, не имеющий никаких объективных признаков секретности. Первый суд проиграли, но второй выиграли. И что дальше?

Это уже 2000-й год — тогда еще только будущий «национальный лидер», с помощью уже взятого под контроль парламента, быстренько поменял председателя Счетной палаты до окончания законного шестилетнего срока — под предлогом наступления пенсионного возраста (для покладистых председателей высших судов предельный возраст затем по его же инициативе последовательно повышался). Новому же председателю Счетной палаты глава ЦБ тут же написал письмо с предложением решать возникающие вопросы «не через суд». И, в качестве компромисса, один из двух актов проверки рассекретить, но другой — нет. С чем новый председатель Счетной палаты тут же согласился.

Думаете, на том история и закончилась? Нет.

Спустя несколько лет (еще в первый срок нынешнего президента) появились, во-первых, изменения в закон о Счетной палате, во-вторых — «президентские» поправки в закон о Центробанке, ныне выдаваемые провластны-ми пропагандистами за попытку взять Центробанк под национальный контроль. К чему в совокупности свелись эти поправки? К ограничению независимого (от имени и в интересах общества) контроля за Центробанком. А именно: руководителей Счетной палаты стали назначать исключительно с согласия президента, а проверки Счетной палатой Центробанка стали возможны только с согласия Национального банковского совета, в котором контрольный пакет голосов — у самого ЦБ, совместно с президентом и правительством.

Вот так: ничто на Земле не проходит бесследно. Главная наша «ценность», на которую нельзя покушаться — право властителей и приближенных к ним неограниченно присваивать себе общенациональное достояние. И распространять это право на новый (при обновлении властителей) круг приближенных. И жестко пресекать всякую попытку независимого контроля за их махинациями.

Вопросы к ЦБ (типа «независимому») остаются? Или же все вопросы уже не к ЦБ?

2015 г.

(Беседа Ю. Болдырева с М. Калашниковым)

М. Калашников: Коррупцию иногда называют СПИДом отечественной истории. Сегодня коррупция из теоретической угрозы 90-х превратилась в фактор, который ломает нашу национальную безопасность. Сможем ли мы справиться с этим страшным злом? Сможем ли мы справиться с ним без помощи скальпеля? Об этом мы сегодня беседуем с нашим дорогим гостем, Юрием Юрьевичем Болдыревым, публицистом и экономистом, зампредом Счетной палаты и самым, наверное…

Ю. Болдырев: Давным-давно.

М. Калашников: Нет, в самый, так сказать, острый момент постсоветской истории. Здравствуйте, Юрий Юрьевич.

Ю. Болдырев: Здравствуйте.

М. Калашников: Юрий Юрьевич, действительно, как вы оцениваете, что сегодня, коррупция, так сказать, совершила некий качественный скачок по сравнению с концом 90-х? Отнюдь не святым, конечно, грабили и воровали тогда. Но сейчас не перешла ли коррупция некую грань, когда она уже начинает ломать нашу национальную безопасность и подвигать власти к решению, которое прямо противоречит рациональным государственным интересам.

Ю. Болдырев: Нет. Я, конечно, являюсь теперь экспертом со стороны, «не изнутри», но, с моей точки зрения, радикально ничего не изменилось. То есть говорить о том, что коррупция стала угрожать национальной безопасности сегодня, означает, что вчера она не угрожала? Значит, если мы возьмем несколько ключевых вопросов, да? Один из ключевых вопросов — это база НАТО сегодня. То, что они называют перевалочным пунктом, специалисты показывают, что по натовской и американской спецификации это все равно военная база. Вроде такого раньше не было. Но раньше же было, когда контрольные пакеты акций наших ключевых оборонных предприятий передавались в страны НАТО, нашим стратегическим противникам, или, скажем мягко, конкурентам. Это же было и тогда.